Летчик Владимир Федорко спасал свиней из огня
— С меня началась династия авиаторов Федорко. Может, потому что родился в день советской авиации — 18 августа 1926 года, — рассказывает летчик 90-летний Владимир Федорко из Смелы на Черкасчине. Летчиками стали оба его сына и два внука.
На стенах трех комнат квартиры Владимира Федорко висят его фотографии. На одной празднует День победы — держит на улице красный флаг. У шкафа на ватмане наклеены снимки из предвыборной президентской кампании 1999 года. Рядом — благодарность от Петра Симоненко.
— О политике не будем разговаривать. Отвечу словами первого президента Украины Михаила Грушевского: "Беда Украины в том, что ею правят те, кому она не нужна", — цитирует.
Владимир Григорьевич одет в серую рубашку пожарника, камуфляжные штаны и домашние тапки. На груди — круглая медаль "Супердед". Ее подарили внуки. Садится на стул возле письменного стола, закидывает ногу на ногу. Авиатором Владимир Федорко стал во время Второй мировой войны. В 1943-м закончил школу младших авиационных специалистов.
— Нас была группа из 15 ребят. За год стали авиационными мотористами. Отправили на Белорусский фронт, — рассказывает Владимир Григорьевич. — Выдали на неделю сухой паек. Мы его за два дня съели. На станциях продавали свое белье, чтобы купить поесть.
В июне 1944-го в Витебской области вдвоем с товарищем захватили в плен группу немцев. После обеда шли в город Улла Ушацкого района. Проходили через лес. У меня на ноге размоталась портянка. Поставил на землю котелки, а товарищ пошел вперед. Слышу — за спиной шум. Оглянулся — стоит группа немцев. Попали в окружение и заблудились в лесах. Сбросили на кучу оружие. Товарищ подбежал, схватил автомат и кричит: "Хенде хох!" А они обессилены, не могут поднять руки. Форма висит, как на скелетах. Забрали их с собой. Когда услышали запах кухни, рванули туда. Начали куски хлеба запихивать в рот. Наш офицер выстрелил и отогнал, потому что они сразу умерли бы. Их посадили на машину и куда-то увезли.
В серванте на верхней полке возле книжек лежат наручные часы. На них изображен белорусский флаг и написано "День республики".
— Это передали от Лукашенко. Вручили в Витебске 26 июня 1999 года, в день освобождения города. И настенный коврик с изображением дореволюционной ратуши Витебска. Я незадолго до этого написал письмо Лукашенко, что там воевал. Выслал ему витебскую газету за 22 июня 1945 года. Меня пригласили на празднование. Ездили на единственное в Советском Союзе кладбище летчиков.
После мероприятий избранных отвезли в ресторан. Я хитрый — примостился скраю у эстрады и не пью. Напротив сидит поп и спрашивает: "А что вы не пьете?" Говорю, я свое возьму. И тут объявляют танец. Я же нахал, подошел к сцене и подал руку лучшей певице. Пригласил на танец. После сел за стол и говорю: "А теперь наливайте стакан". Все: "Да, может, не нужно". А мне проще выпить стакан, чем две рюмки по 100 граммов, — смеется Владимир Григорьевич.
Конец войны Владимир Федорко встретил в Латвии. Принимал участие в обороне Китая во время японско-китайской войны 1937–1945-го. Написал книжку "Красный путь Китая". В 1954-м с женой Елизаветой и двумя детьми переехал в Черкассы. Работал в обкоме комсомола, потом — в областном управлении уголовного розыска. Учился в университете на юриста.
— Первые дела были резонансными, — вспоминает Владимир Федорко. — В Христиновском районе раскрыл убийство заместителя сельского председателя. По пуле в голове определили тип оружия. Я в селе поселился под видом землеустроителя. Через полтора месяца знал, кто гонит самогон, у кого какое осталось от войны оружие. Так вышли на одного мужчину. Его неоднократно задерживали за кражи сахарной свеклы и мешков сахара на заводе. Якобы захотел отомстить. Рассказал, что были с убитим на толоке и хорошо выпили. Домой пошли вдвоем. По пути поссорились, и он выстрелил в голову. Пошел показывать нам, где спрятал оружие — на крыше под стропилами. Новехонький именной вальтер какого-то эссэсовца. Убийцу осудили на 15 лет.
В 1967-м Владимир Григорьевич переехал в Смелу. Назначили начальником инспекции районного госпожарнадзора. 15 лет преподвал в местном профтехучилище военное дело.
— Ездил проверять колхозы. Нажил себе врагов среди их председателей. Называли меня "беспощадный". Но я был справедлив, — продолжает мужчина. — Как-то увидел посреди села цистерну с бензином. К ней подъезжает колхозная техника и прямо здесь заправляется. А через дорогу — детский садик. А если бы та цистерна взорвалась? Дал председателю колхоза три дня перевезти ее в безопасное место. Пригрозил тюрьмой. Подействовало.
В 1970 году в Ташлыке горела ферма. Свиньи орут. Я рванул внутрь. Перед этим на меня вылили несколько ведер воды. Кинулся открывать загоны. А с другой стороны фермы открыли ворота. От сквозняка пламя ударило мне в глаза. Свиней спас. Председатель колхоза подарил мне за это гуся.
Имеет 11 правнуков
Летчик Владимир Федорко родился в селе Буды Харьковской области. Имел младшую сестру Людмилу. Отец Григорий Иванович работал в суде. Семья часто переезжала. Жили на Харьковщине, Донбассе, в Луцке.
— Женился после войны, — говорит Владимир Григорьевич. — С Лизой познакомился 22-летним. Ей было 24. Работала швеей-мотористкой на фабрике в Калинине. Это был город невест. На одного парня — девять девушек. Я служил там.
Как-то нам дали выходной. С ребятами стояли на остановке. Из трамвая вышли девушки. Ребята своих разобрали. А меня толкнули: "Иди за ней" — показали на Лизу. Она была красивая, с красивой фигурой. Но не сразу согласилась, чтобы провел до дома.
Встречались два года. На свадьбу подарил Лизе вот что, — снимает со стены черную дамскую сумочку с серебряной цепочкой вместо ручки.
Через год у супругов родилась дочь Виктория. Потом — два сына. Они живут в России, дочь — в Одесской области. Владимир Федорко имеет восемь внуков и 11 правнуков.
— На день рождения все съезжаются, — рассказывает. — На этот юбилей куплю себе девять роскошных белых роз. Очень их люблю. Будем стаканами пить самогон, закусывать огурцами и селедкой.
Жена Владимира Григорьевича умерла в 2006 году от рака. Прожили вместе 55 лет.
9 
1
Комментарии