Василий Кузан
02 марта 2026
Блоги
“
Украинское государство хрупкое. Легко разрушается от стрессов и нагрузок. Украинское общество антихрупкое - становится от них сильнее. Но общество без государства погибнет, как сто лет назад. Поэтому должно держать его на плаву.
”
Россия получила отпор, и не знает, что с ним делать
Россияне думали: если бить по всем фронтам, меньше внимания будут уделять Украине. Я бы на этот сценарий не рассчитывал. Но думать, что наши вороженьки исчезли, также рано. Проблема в том, что мы реагируем на события, но не готовимся к ним. Надо уметь использовать ситуацию.
Блефует ли Путин
Поначалу казалось, что предназначена операция в Сирии только и исключительно для внутреннего потребления, ибо навешать лапши Западу о том, что Россия может небольшим количеством самолётов с устаревшим вооружением переломить ход войны с ИГИЛ, было решительно невозможно. Но тут случился теракт во Франции...
Как Украина изменилась после Евромайдана?
Украинцы хотят прежде всего двух вещей. Во-первых, после двадцати пяти лет нищеты, они хотят, чтобы их жизнь, наконец, улучшилось. Во-вторых, после двух впечатляющих проявлений "народной силы" в 2004 году и 2013-2014 годах, украинцы хотят справедливости. Они хотят, чтобы коррупционеры, бандиты, олигархи и "авторитеты", которые ограничивали их средства к существованию в течение двадцати пяти лет, и выступали против их революционных стремлений, заплатили за это. Евромайдан по сути касался справедливости, и он чрезвычайно увеличил эти ожидания.
Выборы в Кривом Роге: с чего начинал и как закончил Янукович помнят все
Популярен тезис, что, мол, "деструктивные силы хотят собрать Майдан". Я не знаю, кто хочет что собрать, но я знаю, что Майдан нельзя " собрать". Он сам соберется, когда накопится "критическая масса" всего. Не "печеньки Нуланд", не фейсбук, не призывы политиков. Майдан соберёт творящийся беспредел.
Путин остался у разбитого корыта на саммите G20
Информация о том, что Украина может стать разменной монетой в вопросе создания антитеррористической коалиции между Западом и Россией не более, чем пропагандистский вброс. О таком говорили и раньше: мол, Украину разменяли на Иран, или Украина сдала какие-то территории на Донбассе. Значительное количество подобных историй тянется из России, которая пытается выдать желаемое за действительное.
Хватит выставлять себя на посмешище
Хватит вести себя как дети и обижаться, что над французскими бедами мир скорбит больше, чем над нашими. Что-то я не помню в Украине такой уж тотальной солидарности, к примеру, с христианами Южного Судана, которых до сих пор массово режут исламисты. Или с бедами эритрейцев. Так уж сложилось, что Франция - это одна из ведущих мировых стран, а Украина - нет. По крайней мере, пока. Но возмущаться по этому поводу - ребячество и недомыслие.
К осени 2016 уже никто не будет кричать о "верности Путину"
Как только власть пустит "первую кровь" на улице - начнется полное и быстрое погружение страны в тотальную смуту. За все приходится платить. За вранье и воровство, за конформизм и глупость, за терпеливое молчание и надежду на то, что "не тронут". Тронут. Достанут. Допекут.
Расследование по Майдану: и этого мы ждали два года?
Силовики действуют сейчас, как дрессированные собаки. У них есть хозяин, чьи команды они обучены выполнять. Министр МВД пусть пишет постики в Facebook, но он не может заниматься напрямую делами, которые находятся в компетенции профессионалов. Поэтому высший состав должен пройти люстрацию. Тогда начнутся расследования.
О Крыме без истерик: у Киева нет рычагов влияния
Даже если пофантазировать, что у Киева есть какие-то инструменты принуждения Кремля к миру, то сам переговорный процесс мог быть только непубличный. Чтобы дать Москве возможность представить свою новую политику на полуострове как результат внутреннего решения, а не внешнего принуждения. То есть даже если бы Киев мог давить на Москву, он мог бы делать это лишь кулуарно. Без огласки и публичных заявлений. И украинские пользователи соцсетей все равно бы остались недовольны.
Энергоблокада Крыма: пять вопросов о нравственности и эффективности
Потому что блокада – это история про технологическое, но неэтичное решение. Признавать этого не хочет никто, а потому многие просто предпочитают спрятаться за высокие слова и громкие лозунги, чтобы не называть вещи своими именами. Происходит подмена: в разговоре об энергоблокаде есть возможность обсуждать ее эффективность. Но лезть в эту сферу с рассуждениями о морали и нравственности – нечестно. Поэтому каждый должен определиться. Либо красивые, либо умные. Сразу везде не получится.
Есть ли разница между РПЦ и ИГИЛ?
Путин и РПЦ восстановили то, что когда-то сделал Петр Первый, а большевики уничтожили – Император должен быть помазанником Божьим. Путин ввиду своей внешности и харизмы императором вряд ли бы стал, но делать вид и занимать место помазанника как "Цари Всея Руси" у алтаря во время Рождественской или Пасхальной службы он может. И, главное – хочет. Он мог бы перейти грань и поддаться на уговоры челяди, объявить себя новым императором, но, кажется, понимает нелепость ситуации.
Украина после Парижа: нас не "слили"
Украинский вопрос теряет свою актуальность, тема растворяется в потоке свежих новостей. И все, что мы можем сделать, чтобы не разочаровать своих партнеров и друзей - это крепко держать оборону на Востоке, требовать возврата темы Крыма в повестку дня международных переговоров, а самое главное - наказать виновных в смертях на Майдане, арестовать и вернуть в Украину разворованные кликой регионалов денежные средства, не иллюзорно, а эффективно бороться с коррупцией, проводить не мнимые, а реальные действенные реформы. А вот здесь у нас как раз и начинаются проблемы.
Наші автори
Николай Княжицкий
журналист, народный депутат Украины
Ростислав Шпук
писатель
Евгений Магда
политолог
Михаил Жирохов
военный эксперт
Василий Кузан
член Шевченковского комитета
