вторник, 17 апреля 2018 06:26

"Не знала, что говорить внучке. Она ежедневно спрашивала, когда увидит папу"

 

- Раненного сына 12 часов тянул на себе побратим. Это мне рассказали бойцы, - говорит 53-летняя Елена Сугак. - Потом сам Руслан попросил его оставить. Недалеко стояли наши. Надеялся, быстро подберут. Когда через час вернулись - Руслана не было. Схватили в плен

Сын Елены 29-летний рядовой Руслан попал в плен после Иловайского котла в августе 2014-го. Тогда бойцы 40-го батальона "Кривбасс" сами прорывались из окружения. Не имели ориентиров. Руслан зацепил растяжку.

Дома его ждут дети 8-летняя Настя и Денис, 6 лет. Дочка в письмах просит вернуть папу домой. Обращается к президенту, политикам и тем, кто держит его в плену.

- Не знала, что говорить внучке. Ежедневно спрашивала, когда увидит папу. Начала поиски, - продолжает Елена Сугак. - Но обстоятельства сложились против меня. Была информация, что Руслана вывезли в Ростов-на-Дону. Потом волонтеры видели его в 2015-ом - якобы с другими бойцами 40-го батальона разминировал поля на Луганщине. Иногда наталкивалась на его след, но теряла опять.

Елена Сугак с другими матерями создала общественное объединение "Берегиня".

- Мы поддерживали друг друга. Однако быстро поняли - к переговорам нас не допустят. А активным поискам препятствуют оккупанты. Мы были во Франции и Германии, встречались с дипломатами в Украине, с представителями международных организаций, - продолжает Елена Сугак. - Хотим привлечь внимание международного сообщества, что наших сыновей никто не ищет.

В плену - по меньшей мере 100 человек, по официальным данным. Еще 400 военных и гражданских пропали без вести.

- Эта цифра существенно занижена, - говорит правозащитник 40-летний Дмитрий Рева. - Официальные списки формируют по заявлениям родственников. Имена сотен заложников и пропавших без вести до сих пор не установлены

- Переговоры в Минском формате исчерпали себя, - считает правозащитник. - Пришло время привлекать организации, которые имеют успешный опыт поисков на оккупированных территориях. Мы поехали в Грузию, чтобы обменяться опытом. Эта страна дважды столкнулась с гибридным конфликтом на своей территории. Нас интересовало, как создавали международную поисковую группу.

В Тбилиси делегация встретилась с поисковиками, правозащитниками, омбудсменом, общественными деятелями. В частности, Ассоциацией семей - Фондом "Молодини" (Ожидание. - ГПУ). Первые начали поиски пропавших без вести во время вооруженного конфликта с Абхазией в начале 1990-х.

Беллу Залдастанишвили называют "матерью Грузии". Присоединилась к фонду более 10 лет тому назад. В начале боев в Абхазии потеряла двух сыновей и двух братьев-близнецов. Поиски не помогли. Восемь лет не выходила из дома.

- Мы обращались к парламенту и органам власти, но государство помочь не могло, - вспоминает Белла Залдастанишвили. - Именно поэтому объединились. Несколько раз встречались с матерями из Абхазии и просили помощи. Сначала те не шли навстречу, но впоследствии поняли, что все мы страдаем от общей боли. Живыми наших родных находили только в первые годы конфликта. Пока есть хотя бы один пропавший без вести - война не закончена.

В 2014-ом Белла нашла останки сыновей и братьев. Их имена установила экспертиза ДНК. Похоронены на братском кладбище.

Матери начали с того, что упорядочили список пропавших без вести. Прошли вдоль и поперек почти всю Грузию. Помогал Красный Крест.

- Во время конфликтов в Грузии 2300 человек пропали без вести. Из них 800 - военные, - говорит Лина Милнер, координатор Красного Креста по работе с пропавшими без вести и их семьями. - Мы работали в разных направлениях, включая сопровождение семей пропавших без вести. Получили психологическую и социальную поддержку.

Нашли и вернули родственникам 126 тел. Представители Красного Креста в Тбилиси готовы делиться опытом с нашими коллегами.

- Для нас это крайне важно, - говорит 52-летняя Алла Макух, председатель организации "Берегиня". - Поиски следует продолжать с помощью международных организаций. У нас есть данные, что наши ребята работают на заводах и "копанках". Но на оккупированные территории никого не пускают. Проверить это невозможно. Хотим создать международную поисковую группу. В нее войдут не только представители Красного Креста и других организаций, но и наши матери. Чтобы эта группа была готова сразу начать поиски, когда в Украину введут миротворческие войска ООН.

Не имеют никакого статуса, льгот и социальной защиты

- Имеем печальную практику, когда пропавших без вести автоматически записывают в дезертиры, - говорит правозащитник Дмитрий Рева.

- Это позволяет не выплачивать семьям ни копейки, - продолжает. - Бывшие заложники не имеют никакого статуса, льгот и социальной защиты, кроме программ на уровне некоторых регионов.

Сейчас вы читаете новость «"Не знала, что говорить внучке. Она ежедневно спрашивала, когда увидит папу"». Вас также могут заинтересовать свежие новости Украины и мировые на Gazeta.ua

Комментарии

Оставлять комментарии могут лишь авторизированные пользователи

Погода