— Били меня двое. Кулаками, по всей видимости. По лицу, шее, голове, — говорит суши-мастер из Киева 34-летний Андрей Брезинский. — Это было в ноябре. Напали у моего дома посреди белого дня. После первого удара наполовину потерял сознание. Потом били дальше. Не представляю, кто и за что.
Сидит по-турецки на больничной кровати в отделении челюстно-лицевой хирургии киевской больницы №1. На голове — металлический шлем. Говорит неразборчиво, левый глаз мужчины косит. Говорит, это появилось после нападения.
— Пришел домой, и меня вырубило. Провалялся часов 20. Как очнулся, не мог дышать. Посмотрел в зеркало. Вижу, шея вздулась от внутреннего кровотечения. Телефон разбит, не мог набрать "скорую". Говорить тоже. Пошел к соседям. Звонил в двери, никто не открывал. Не узнали или были на работе. Написал на бумажке "Вызовите скорую" и ждал в подъезде. Пришла соседка, меня забрали в больницу. Положили в реанимацию.
В шее собиралась жидкость, заполняла легкие. Мужчине положили шину на зубы, вправили нижнюю челюсть.
— Месяц там лежал, дышал через трубку. Как выписался, почувствовал, что челюсть срослась неправильно. Нижние зубы не заходили за верхние. Начал искать клинику, в которой исправили бы лицо через два месяца после перелома.
На операцию согласились в больнице №1. Сделали два вмешательства, поставили металлический шлем — разработку заведующего отделения челюстно-лицевой хирургии 51-летнего Владимира Панченко.
— Даже сплю в этом шлеме, — говорит Андрей. — Ем через трубочку. Снимать его нельзя. Первое время не мог привыкнуть, но здоровье важнее. Уже рот начал открывать, боль исчезла.
Владимир Панченко запатентовал изобретение в 2000 году. После перелома костей черепа обломки смещаются и блокируют нервы ушей и глаз. Поэтому у людей косят глаза, могут ослепнуть. Чтобы обломки стали на места, их фиксируют.
— Андрею мы сначала сделали нижнюю челюсть, — говорит хирург. — После перелома сместились обломки челюсти, возникла киста. Оперировали 4 часа. Потом поставили аппарат, чтобы как можно больше вытянуть кости верхней челюсти относительно нижней. Как стали на места, "отремонтировали" лицо, поставили металлическую пластину в скулу. Чтобы все срослось, должен носить шлем три недели.
Хирург в кабинете листает альбом со снимками пациентов. Говорит, чаще всего лечит мужчин 20–40 лет после драк. Женщин спасают после аварий.
— Этот мужчина пошел на Лесной рынок купить шоколадку жене. Привезли к нам с сломанной челюстью и скулами.
Показывает фото на нескольких этапах выздоровления. На первом — вместо лица кровавое месиво, не видно ни рта, ни глаз. На последнем — здоровый улыбающийся мужчина. Перелистывает страницу.
— На Свете из Яготина лица не было. Два года назад в мае на бешеной скорости влетела в плиту на скутере. Сломала все кости лица. Целую ночь с ним проигрались. В декабре приглашала на свадьбу. Уже и родила.
Легче всего лечить перелом, если человека привозят сразу. Через месяц успешных операций меньше на треть. Через полгода исправлять кости, которые неправильно срослись, поздно.
4 
1
Комментарии