- В роддоме смотрю на врачей, а они стоят онемевшие, перепуганные. Слышу, что-то шепчут. Я поднялась с кресла: "Покажите ребенка". Не показали. Говорят, сын родился, - вспоминает день родов 38-летняя Татьяна Новик.
Встречаемся в налоговой администрации в городе Городище Черкасской области. Татьяна работает главным специалистом.
- На следующий день приносят мне замотанного ребенка. Лицо прикрыто пеленкой. Молчат. Кладут на кровать. Подхожу ближе. Вижу большие глаза с длинными черными ресницами и бровями. А носика, верхней челюсти и губы нет, только кусочек мяса.
Думали, что испугаюсь, буду кричать. А я даже не вздрогнула. Только мысль в голове: "Как же он будет сосать молоко?" Начали советовать, чтобы я бросила, отдала в детдом. Мол, еще молодая, рожу себе здорового ребенка. Взяла сына на руки, прижала. Он проснулся, открыл глаза. Смотрит на меня. Вижу, что не смогу его бросить. Без меня он умрет. Разве же он виноват, что такой родился? - плачет. - Врачи говорили, что это все от Чернобыля, потому что в детстве я жила в Заречнянском районе на Ривненщине. Собирали в лесу ягоды и грибы. Нас никто не предупреждал, что их нельзя есть.
У меня своего молока не было, от волнения перегорело. Сцеживали мамки, которые были в палате с детьми. Советовали кормить из пипетки. Капала на язык, а он глотал. Забрали домой на пятый день. Назвали Сергеем. Поехали в Киев к детскому хирургу. Говорю, что у мальчика, по-видимому, заячья или волчья губа.
А он кричит: "Какая заячья или волчья губа! Здесь невооруженным глазом видно двухстороннее несращение верхней губы. Все поправим. Когда исполнится четыре месяца, я вас жду".
За это время Сергей подрос. Кормили из чайной ложки. Клали на язык немного смеси, он глотал хорошо, как мужичок. Но дышал трудно, одна ноздря срослась с другой, - Татьяна показывает на своем носу. - Через четыре месяца врачи сказали, что будут нашивать ему нос и верхнюю губу из того нароста, который был на лице.
17-летнему Сергею Новику сделали 17 операций на лице.
- В год и месяц оперировали во второй раз. Сшивали переносицу с губой. Натягивали, чтобы появились внешние ноздри. Сформировали твердое и мягкое небо, нарастили верхнюю челюсть. Брали ткань из тазобедренного сустава, из хрящей над нижней челюстью. Для мягкого неба - из языка. С обрезанным языком не мог ни есть, ни пить. А кость в суставе, из которой брали частицы, и сейчас на погоду болит.
В 2001-ом Татьяна развелась с мужем.
- У нас родилась дочь в 2000 году. Муж начал пить, часто под утро приходил домой. Буянил, скандалил. Ему стало безразлично ко всему. Мы разошлись. Алименты не платит, только раз в полгода перешлет немного. Каждая следующая операция - дороже предыдущей. Держала по 20 свиней, по 100 бройлеров. Каждую копеечку собирала. Бывало, так тратились, что не было чего есть. На воде замешивала блины детям.
У Сергея первым словом было "вава". Позже научился говорить "баба" и "мама". Как подрос, отдали в детсадик. Но проходил недолго. Воспитатели не понимали, что он говорит. Кормить не могли. Пришлось оставлять с бабой. В 6 лет пошел в школу. В столовой специально для него перетирали овощи и мясо. Когда полезли зубы, росли и в носу, и посреди неба. Некоторые сразу приходилось вырывать. И сейчас трудно есть, потому что во рту установлен аппарат, который верхнюю челюсть, отстающую в развитии от нижней, растягивает вширь и вперед. На выпускном вечере Сергей пригласил на танец. Говорит: "Прости за все страдания, которые я тебе принес". Я едва сдержалась, чтобы не разреветься.
Парень учится на втором курсе в Черкасском медицинском колледже. Хочет стать хирургом.
- 500 гривен стипендии идут ему на питание. Я плачу за квартиру, потому что общежития для ребят нет. Сын в доме за хозяина - дрова рубит и хозяйством занимается.
1 
1
Комментарии