В селе Ривня Верховинского района на Ивано-Франковщине похоронили сына 26-летней Надежды Мадуляк. Женщина родила его 3 сентября, однако забила до смерти чашкой.
- Это для села сильный шок. Как так своего ребенка забить? - говорит утром 12 сентября 58-летняя Мария Волосяк. Она едет на автобусе в Ривню. - Я не понимаю, зверь так не сделает. Говорят, ее отпустили, дома с еще двумя детишками сидит. А что, если им что-то сделает?
37-летний Ярослав Савчук 16 лет работает в Ривне фельдшером.
- В селе почти 500 человек, - говорит. - Всех знаю. Почти ежедневно обхожу малых, старых. У Надежды двое малолетних, к ним тоже наведывался. Что беременна третьим, не знал. В село она не ходила, потому что высоко в горах живет. Заметил живот на 32-й неделе. Говорю: ты беременна, поехали в район анализы сдашь. Согласилась. Все было нормально. Через неделю еще раз на осмотр свозил. А на следующий вечер звонит ее тетя: "Придите посмотрите, Надя что-то очень кровит и все у нее болит". Я пришел, а она без живота. - Где ребенок? - Да во мне. - Как в тебе, если живота нет? Собирайся бегом в больницу. В районе ее посмотрел гинеколог, выявил послеродовое состояние. Тут и милицию вызвали.
С Ярославом Савчуком идем к хате Надежды Мадуляк, расположенной в 2 км от центра села. Дом высоко в горах. Ближайшая хата - в 100 метрах. Во дворе встречаем Надежду и ее дочерей 7-летнюю Виталину и 2-летнюю Марийку. Женщина опирается на завалинку деревянной хаты. Одета в красный свитер, на голове - платок с большими яркими цветами. В дом не приглашает. Сквозь открытые двери видно тесное помещение: коридор, кухонька и комнатка.
- Я не знаю, что случилось, - Надежда приглашает присесть на скамью. Говорит медленно, без эмоций. - Схватки начались где-то около пяти вечера. Так болело, что ни стоять, ни сидеть, ни ходить не могла. Дети уже улеглись. Света у нас нет, поэтому они рано ложатся. А я мучилась. Около 12 начала рожать. Стоя. Ребенок так себе просто вылез и сразу ударился об пол. Я дотянулась до стола, взяла ножницы и отрезала пуповину. Ребенок плакал, я его положила на кровать. Оно не переставало реветь. А у меня так все болело, аж выкручивало. Какие-то нервы достала, взяла рынку (большая чашка. - "ГПУ") с печи и по голове его. Оно смолкло. Да и я уже больше не смотрела, еще немного походила и от той боли уснула. А потом утром смотрю: ребенок синий. Мси злекла (испугалась. - "ГПУ") очень, что будет дальше. Взяла малого, вышла на улицу, вытянула лопату из сарая и пошла закапывать около хлева. О том, что его надо было одеть, и не думала. Да и не было во что, голое закопала. Утробу, что из меня после родов вылезла, в кусты выбросила. У меня страшный шок был. Ребенка того хотела. Потому что уже двоих имею, думала, будет третьим. А еще как узнала, что мальчик. Имею уже две девочки. Но что сделаешь. В тюрьму не хочу. Потому что дети меня очень любят. Каждую ночь со мной спят. Только, когда меня забрали в милицию, то были у тети, а так нет. На кровать ложатся около меня, Марика меня так за шею обнимает, а Вита за руку и так спим. Что у нас случилось, я им так не рассказываю. Сказала, мальчик умер, я его закопала да и все. Потому что они выдели, как его милиция откопала, должна была что-то сказать.
Надежда говорит, что все ее дети от одного мужчины. Он живет где-то за холмом, звать Андрей. От детей он не отказывается, но и ничем не помогает.
- Мне не звонит, и я ему не звоню. Сама справляюсь. Он ко мне приходил когда ему надо было, сами знаете чего. А у меня вот картошка возле хаты. Афены (черника. - "ГПУ") могу собирать, продавать, грибы. На детей денег немного есть. Да и не надо больше ничего, - к Надежде подбегает младшая дочка. Обнимает за шею, целует. Мать берет ее на руки. - Детей не бью никогда, даже по жопе. Они воспитанные. Не знаю, что дальше будет. Меня так совесть мучает. Спать не могу. Сны страшные снятся. Сын снится.
- Я Надю знаю давно, она не такая, что шляется или из запоя не вылезает. Окончила девять классов, нигде на работе не была. Сначала, когда родители ее жили, то не надо было, а потом уже и никак, потому что дети пошли. Может, когда и пила, но как забеременела в третий раз - не употребляла вообще, - рассказывает по дороге назад фельдшер. - Странно, чего она никого на помощь не звала. Имеет мобилку, могла мне позвонить или тете своей.
Надежде Мадуляк угрожает пять лет тюрьмы. Женщину ожидает психиатрическая экспертиза.
- После рождения ребенок жил еще 15-20 минут. Причиной смерти было расщепление костей черепа и кровоизлияние в мозг, - говорит Ярослав Шекеряк из райотдела милиции.
2 
1
Комментарии
35