В среду утром у воинской части внутренних войск на ул. Рубчака во Львове стоят семь пожарных машин. Сквозь разбитые окна спасатели пытаются погасить пожар в казарме.
— Ночью 14 машин было, к утру семь осталось. Там ещё и водокачки работают. Воды влили столько, что по пояс где-то на нижних этажах, — рассказывает активист Максим Солтес, 27 лет. С другом разбирает мостовую у входа в воинскую часть. Со старыми шинами и досками бросают их под ворота. Делают баррикады, чтобы из территории не выезжали машины на Киев.
Беспорядки на ул. Рубчака начались 18 февраля около 20.00. У входа в воинскую часть выстроились свыше 300 военных. Люди думали, что те собрались на киевский майдан, окружили выходы. Активистов было свыше 6 тыс. Через несколько часов к ним выехал БТР.
— Начали бросать шумовые гранаты. Что, мы должны были на это всё спокойно смотреть? С нашей стороны полетели "коктейли Молотова". БТР загорелся. Шумовая граната попала мне в голову. Хорошо, что был в шлеме. Меня контузило на 30 минут. Когда опомнился, здесь всё пылало, — говорит 17-летний Назар. — Всё с первого по пятый этажи было охвачено огнём, — показывает на чёрный от дыма дом без окон.
Вдребезги выгорел также КПП. На входе стоят трое солдат. В метре от них дымят остатки шин.
— Пропустите, я к сыну, — просит 50-летняя Любовь. Фамилии не называет. — Из Волыни приехала. Вчера с сыном в шесть часов вечера связывалась. Потом не могла дозвониться. Привезла ему вещей немного, поесть. Боже, что здесь произошло? — пытается прорваться.
Её останавливают митингующие.
— Сына воспитывать нужно было и забирать отсюда. Теперь поздно. Людей убивают в Киеве, ваш сын должен был вчера также ехать, чтобы убивать наших детей, а вы переживаете, ел ли он, — кричит мужчина старшего возраста.
— Мой сын никогда своих не бил бы, — мать идёт, но в часть её не пускают.
— Нужна пересменка, — слышно из рации Назара.
Проходим мимо нескольких домов. Поднимаемся на последний этаж многоэтажки. Здесь активисты устроили круглосуточную слежку за военными. На территории четыре десятка солдат делают разминку. Рядом со складом с бензином стоит обгоревший БТР.
— Следим за происходящим. У военных забрали щиты и каски, — объясняет Назар. — Около пяти вечера огонь из казармы перебрасывается на склады с оружием. Слышны взрывы. Пожар начнут гасить в четверг утром.
В это время на ул. Сахарова, близ помещения СБУ, топчутся несколько мужчин в капюшонах. Под зданием много битого стекла. Разбросаны документы. Главный вход заставлен фанерой. Работников и уборщиков пропускают через черный.
— Мы контролируем здание полностью, — говорит активист Максим, 37 лет. — Работники заходят, чтобы навести порядок в своих кабинетах. Разрешили зайти коммунальным организациям, которые убирают. Там ужас что творится. Не знаю, зачем это всё делалось. Вчера вечером наши активисты из Самообороны пришли сюда. Через несколько часов подтянулись люди в масках. Тогда всё стало неконтролированным. В помещение зашли мародеры. Разбивали, выносили технику.
Через чёрный вход проходим в здание. На первом этаже убирают две женщины. Сметают разбитое стекло из окон, собирают уцелевшие бумаги и книги. Шкафы, столы и кресла поломаны.
Во дворе стоят обгоревшие авто.
— Сожгли гаражи, три или четыре машины сгорели. Рядом нашли ящик с "коктейлями Молотова". Сейчас здесь работает следственно-оперативная группа. Чьи это "коктейли" и зачем было сжигать служебное авто — это для меня загадка. Здесь никто не оборонялся, — добавляет Максим. — Сегодня и каждый вечер будем собирать людей. Будем стоять на охране, чтобы что-то не пропало и потом невинные за это не отвечали.
1 
1
Комментарии