"Как в Украину вернулась — нервная стала, дерганая, — подкуривает сигарету 25-летняя Алина. Общаемся в ресторане в центре Запорожья. — Ежедневно срывалась. Кричала, нож могла схватить, вены резать. Когда кричу — аж сердце останавливается. Бросаю все, что под руку попадает. Раз своему парню топориком плечо рубанула".
28 февраля Алина приехала из России. Ее вывезли за границу и вынуждали заниматься проституцией.
— Я из Орихивского района, — Алина заказывает кофе. — С 13 лет сама зарабатывала на себя и младую сестренку. Наша мама думала только о своих мужчинах. Я рано замуж вышла, родила двух мальчиков. Муж пил. Развелись. Со старшим сыном поехала в райцентр, а младшего суд отдал отцу.
В Ориховом женщина работала продавцом на рынке, официанткой. Потом потеряла работу.
— Ни работы, ни копейки, и ребенок на руках, — вспоминает. — Знакомые познакомили меня с Павлом и Олей. Они пообещали трудоустроить в России, администратором или официантом. Обещали жилье, зарплату. Я согласилась, сына взяла с собой.
Из Москвы Алину повезли в город Волоколамск, в 120 км.
— Подъехали к какому-то дому, — говорит Алина. — Заходим, а во дворе девушки курят. Рассказывают друг другу, кто куда съездил. Здесь я все поняла. Хотела убежать. Но не было ни денег на дорогу, ни документов. Сначала там было 17 девушек, позже доходило до 30. Были из России, Молдовы, больше всего — украинок. Владельцы дома использовали нас как мясо. Хозяин пользовался тем, кем хотел. Не хочешь — получаешь в нос. Кровью умывались. Когда отказывалась, меня угрожали убить и закопать с ребенком. Или продать в Москву на "ленинградку". Туда за девушками чурки приезжают. Одна рассказывала, что ею там попользовались 35 мужчин, а затем спустили вниз по лестнице.
Ежедневно в дом приезжали два-три клиента. Платили владельцу по 4–5 тыс. рублей. Все забирал хозяин.
Клиент осматривает, поднимает кофту, осматривает грудь
— А у нас только штрафы были. Если пошли месячные — тебе записывают 5 тысяч, выскочишь в магазин за 20 метров — 10 тысяч, за бельем — 50 тысяч. Говорили хозяева: "Отдайте долги, и вы свободны". Но как? Мой штраф тысяч 100 был. Хотя заработала хозяевам больше 600 тысяч (138 тыс. грн). Выживала на чаевые.
В одной комнате с Алиной жило 20 девушек и двое охранников.
— На одном месте спали по двое-трое, — вспоминает. — Когда клиент приезжает, то хозяин ставит нас в ряд в гараже. Клиент осматривает, поднимает кофту, осматривает грудь.
Связаться с украинскими милиционерами Алина не могла.
— Был случай, — руки женщины начинают трястись. — Приехали двое, взяли меня и еще одну. Завезли на дачу. А там — 47 мужиков. Все бывшие зеки. Устроили праздник по случаю выхода из тюрьмы друга. Поделились напополам, меня в одну комнату взяли, подругу в другую. По очереди заходили. Все — без презерватива. Слава богу, ничего не подхватила. Не выдержала, попросилась выйти. Как только вышла на улицу, начала убегать. До сих пор не знаю, как трехметровые заборы перепрыгнула, мимо трех собак прошла. Залезла на орех, сидела до пяти утра. Утром хозяин снял.
В январе Алина убежала. Ей помог клиент.
— В Украине дважды у психиатров лечилась. В России мне сердце угробили. Немного понервничаю, и оно выскакивает. Мы же убегали от клиентов и в дождь, и в снег, и в ветер, по земле и по снегу. Сплю и вижу весь этот ужас. Боюсь не за себя, а за тех, кто рядом. Хотя к психиатру боюсь идти. Если признают психопаткой — заберут сына.
Алина встречается с парнем.
— У нас отношения не очень, — говорит. — Он все знает, постоянно у прекает. Ему же хочется секса, а я не могу его нормально воспринимать. Ссоримся, почти не общаемся. Я вообще не могу воспринимать мужчин. Неправильное слово с их стороны - и срываюсь. Если на улице кто-то из мужиков здоровается — хочется дать ему в морду. В действительности не хочу жить с мужиком, только с сыном. Но не знаю, как все забыть.
Алина выходит на улицу. Просит фотографировать ее только сбоку.
— Не знаю, что мне нужно в этой жизни. Не хочу ходить на улицу. Хочу никого не видеть, тупо бухать и рыдать. Больше ничего. Нет смысла жизни.
Милиционеры задержали 30-летнего Павла Мальцева и трех его напарниц.
— По этому делу 15 потерпевших девушек, — говорит 44-летний Игорь Стаценко из запорожского управления по борьбе с торговлей людьми. — Подозреваемый Павел арестован, трое женщин — на подписке. Они продавали девушек на протяжении трех лет. Им угрожает до 12 лет тюрьмы.
6 
1
Комментарии
7