"Я — живой труп", — говорит 82-летний Павел Гогенко из села Иванков Андрушевского района Житомирщины. Днем 19 февраля он вонзил себе в живот кухонный нож. Врачи спасли больного.
Павел Павлович лежит в палате хирургического отделения райбольницы. Плохо слышит.
— Мне плохо. Ослаб так, что не могу по палате пройтись, — поправляет спортивные штаны и полотняную рубашку. — Когда ко мне приехали медики, я просил их оставить меня, чтобы смог нормально кончить ся. Не могу дальше так жить. Никому я не нужен, старый. Думаете, я совершил грех? А так жить не грех?
Гогенко пережил два голода, Вторую мировую войну.
— Отца сделали врагом народа, репрессировали, — вспоминает. — Ночью забрали дяди в красных фуражках. После того со мной никто из одноклассников не хотел за партой сидеть. В пионеры и комсомол не пошел.
Павел Павлович всю жизнь работал электриком в Иванкове.
— Жена умерла 16 лет назад. Детей не было. Сейчас никому не нужен. Вот разве племянница Раиса из Киева приезжает. Лучше уже при дороге умереть.
Выкопал себе могилу, купил гроб
Жители Иванкова рассказывают о Гогенко: содержит опрятный дом, убирает двор, держит пасеку. Колодец запирает.
— Никому не разрешает брать воду, — говорит соседка Эмилия Момутенко. — С людьми не очень балакает. Несколько лет назад выкопал себе на огороде могилу, купил гроб. Сделал так, потому что электрики свет отрезали за какие-то шуры-муры. Он вообще самолюб. Но здоровье у него крепко е, до 100 лет доживет.
1 
1
Комментарии