Британский журнал "Экономист" составил рейтинг столиц и крупнейших городов мира, отображающий уровень жизни в каждом из них. Самыми богатыми оказались Ванкувер, Вена и Мельбурн. Показатели благосостояния граждан в этих городах неуклонно растут. В перечень самых перспективных городов, где за последние пять лет наблюдался значительный прорыв, вошли также Дубай, Катманду и Харар. А вот Киев "украсил" совсем другой перечень. Пока что нам удается опередить самые бедные мегаполисы планеты, однако эксперты предполагают, что уже в следующем году столица Украины уступит пальму первенства таким убогим городам, как Триполи, Лагос, Дамаск и Дакка. С лидером партии "Движение за реформы" 45-летним Сергеем Думчевым мы говорим о том, почему все так неутешительно.
Сергей, в одном из интервью вы говорили, что "обкатывать" новые модели управления государством следует на небольшом пространстве. Приводился пример Польши, где реформы начинали на низовом уровне сельских общин, а затем уже на уровне уездов и воеводств. Почему же в Украине и, в частности, в Киеве новации в сфере самоуправления не начались ни в одном формате — ни в масштабах государства, ни в масштабах отдельно взятого города?
— Потому что понятие децентрализации у нас заполитизировано до неприличия. Какие первые ассоциации возникают у вас? У меня — после недавних событий под Верховной Радой — ассоциативный ряд негативен и, в принципе, далек от сути децентрализации. Это гранаты, провокации, Минские соглашения, особый статус Донбасса.
Но в действительности передача местным органам самоуправления больших прав была актуальна задолго до войны. Произошел немыслимый и вредный перекос — теперь, говоря о децентрализации, мы видим за этой проблемой только Донбасс и дискутируем лишь о нем. Забывая, что есть еще Киев, Харьков, Днепропетровск, Львов, Ужгород. Это не говоря о маленьких городах, которые тоже заслуживают уважения.
Действительно, выходит какая-то дискриминация.
— Мне это напоминает президентские выборы 2004 года и демотиватор, который тогда широко применяли — "Три сорта Украины": первый — западная, второй сорт — центральная и третий — восточная. Сторонники Януковича приписывали подобные оценки "оранжевому" Майдану, но прошло 10 лет, и мы опять видим то же, только наоборот. Первый или, скажем так, главный сорт — это Донбасс, а все остальное — придаток. Какая-то извращенная автономия, завернутая в разговоры о том, чего от Украины ожидает Европа и весь цивилизованный мир.
Но все-таки оккупированная территория требует особых подходов к решению ее проблем.
— Абсолютно с вами согласен. Пусть то, как будет функционировать Донбасс в статусе временно оккупированной территории, определяют политики — Верховная Рада, президент, премьер-министр. Но скажите мне, какое все это имеет отношение к тому, как Киеву, Тернополю, Харькову формировать свой городской бюджет? Между тем, принципы отчислений в государственную казну до сих пор регулирует центр.
И когда после встречи с представителями ОБСЕ нам выдают официоз, что президент Порошенко отметил выполнение Украиной обязательств в части конституционных изменений и децентрализации, я не знаю, плакать или смеяться. Во-первых, даже с формальной точки зрения процесс не завершен, и еще неизвестно, найдет ли Рада 300 голосов для внесения изменений в Конституцию. А во-вторых, де-факто никакой децентрализации не случилось. По крайней мере пока.
Но именно из-за того, что теперь децентрализация привязана к Конституции, а процесс внесения в нее изменений — как вы отметили — крайне политизируется, стоит ли ожидать изменений к лучшему?
— Изменений не стоит ждать, изменения нужно воплощать в жизнь уже сейчас. Хотя, конечно, единственный легитимный орган, уполномоченный это делать, — парламент, а я не могу предсказать, в каком настроении возьмутся наши депутаты "делать реформы". И под аккомпанемент каких уличных коллизий это будет происходить.
Но дело в том, что даже не ожидая конституционной реформы, город мог бы решить ряд проблем, которые в компетенции местной власти. Сократить чиновнический аппарат, оптимизировать прибыльно-расходную часть бюджета, за счет экономии внедрить дополнительные виды соцпомощи для киевлян. Плюс утвердить генплан и, исходя из него, привлекать инвестиции для развития города. Но для этого власти нужно иметь команду смышленых менеджеров, а не раздавать синекуры своим людям.
Но, чтобы работать с бюджетом, также нужно согласие парламента.
— Конечно. Можно внести поправки в Бюджетный кодекс, в бюджет текущего года и тому подобное. Но это не изменения к Конституции, принять такие законы значительно проще. Лишь бы была политическая воля.
Киев отчисляет в госбюджет 60 процентов налога на прибыль физических лиц — для столицы эта планка поднята на 20 процентов, взносы других регионов составляют 40 процентов. Кому, как не Киеву, поддержать муниципальную реформу и перестроить отношения по вертикали "госбюджет — местный бюджет"? Здесь действительно можно показать пример того, как должны меняться отношения центра и отдельных городов. В столице непочатый край работы, в ней, как в капле воды, отражается ситуация в стране в целом.
И что же нужно, чтобы начать эту работу? Политическая воля мэра?
— В частности, и это. Мэр — не член парламента, он не имеет права законодательной инициативы, но городской глава столицы не последняя фигура в стране. Если начинать день в шесть утра с проверки ремонта в каждой школе, например, с обдзвона всех чиновников, которые влияют на принятие решений, постоянно напоминать им о проблемах города, агитировать, убеждать, заражать своим энтузиазмом, нужные законы появятся.
Депутаты любят быть мотивированными материально.
— К сожалению. Но это общегосударственная проблема — тотальная коррупция. Конечно же, она есть и на киевском уровне. Но речь сейчас о децентрализации, которой в действительности сопротивляются те же деятели, которые громче всех о ней кричат.
Почему сопротивляются?
— Потому что жесткое управление из центра предусматривает ставленника в той или другой провинции. Да, он подчинен главному феодалу, зато в выделенной ему вотчине все местное население — его вассалы. Какой царь добровольно откажется от такого предложения? Кто захочет отчитываться общине о каждой потраченной копейке? Проще оставить все как есть, найдя козла отпущения, на которого и будет возложена ответственность за срыв реформ.
Все действительно так неутешительно?
— Скажем так: все сложно. Вопреки распространенному мнению, что ломать — не строить, сломать имеющуюся систему оказалось очень сложно. Со времени предыдущих досрочных местных выборов в Киеве прошло почти полтора года. Это довольно большой срок, чтобы продемонстрировать хотя бы начало реформ. Чтобы сделать управление государством прозрачным.
Польский экономист, реформатор Лешек Бальцерович подсчитал: за реформы Украина берется уже в четвертый раз. Пятого раза не будет, предупреждает он. "Вы все очень медленно делаете", — говорит Бальцерович. Но причина не только в медленности, причина — в отсутствии "работы" как такой.
Думаете, за это время можно было сделать многое?
— Можно было бы запустить децентрализацию. Реальную, а не декларативную. Децентрализация — это не "о политике". Это "об экономике". Это понятие состоит из четырех опций. Первая: сокращение центрального аппарата. Вторая: передача полномочий местным органам власти. Третья: передача им денег, потому что без финансов любые полномочия — это филькина грамота. И, наконец, четвертая: жесткий аудит, тщательный контроль за потраченными средствами. Этого достаточно, чтобы построить город если не мечты, то вполне комфортного проживания.
Отец спроектировал дворец "Украина"
Сергей Думчев — коренной киевлянин.
Мать работала начальником Центрального статистического управления Украины. Отец был главным архитектором киевского института ГИПРОгражданпромстрой. По его проектам созданы здания высшей школы МВД, столичный дворец "Украина", гостиница "Братислава". За реконструкцию Киевского политехнического института и проектирование новых корпусов вуза Александр Думчев получил государственную премию УССР.
Сергей закончил Одесское высшее мореходное училище.
В 1993 году начал собственный бизнес. Вместе с друзьями-единомышленниками создал фирму по международным бартерным соглашениям. Восемь лет работал в финансово-банковском секторе.
Лидер политической партии "Движение за реформы".
3 
1
Комментарии
3