"Два миллиона поцелуев – это 23 недели тяжелой работы"

Заложив руки за спину, по лондонскому саду своего дяди в декабре 1867 года похаживал туда-сюда высокий худощавый джентльмен в цилиндре и перчатках. Звали его Чарльз Доджсон Лютвидж — автор популярной книги "Алиса в Стране чудес", которую он подписал псевдонимом Льюис Кэрролл.

— Алиса! — сосед Рейкс, депутат парламента, звал свою 8-летнюю дочку.

— Так ты тоже Алиса, — подошел к девочке Лютвидж. — Это очень хорошо. Пойдем ко мне, я покажу тебе что-то интересное.

"Мы пошли с ним в дом и попали в комнату, заставленную мебелью, с высоким зеркалом в углу, — вспоминала Алиса Теодора Рейкс.— "А ну, — сказал он и дал мне апельсин, — в какой руке ты его держишь?" — "В правой", — ответила я. "Теперь пойди к тому зеркалу и скажи, в какой руке держит апельсин девочка, которую ты там видишь". Я немного подумала и ответила: "В левой". — "Вероятно, так, — сказал он. — А как ты это объяснишь?" Объяснить я не могла, но что-то сказать нужно было, и я отважилась: "Если бы я была с той стороны зеркала, то, наверно, апельсин был бы у меня опять в правой руке. Правильно?". Помню, он рассмеялся: "Молодец, Алиса. Твой ответ пока самый лучший".

После ошеломляющего успеха первой книги автор искал вдохновение для второй — "Алиса в Зазеркалье". Со своей маленькой соседки он будет "списывать" ее главную героиню. За пять лет до этого Лютвидж-Кэрролл повез кататься на лодке другую Алису — дочку декана колледжа в Оксфорде, где преподавал математику. И 6-летняя Алиса Лидделл попросила рассказать сказку. Он и раньше рассказывал девочке и ее двум сестрам разные истории, выдумывая события и персонажей. А в этот раз описал героиню, очень похожую на Алису Лидделл. "Для начала я запроторил свою героиню под землю по кроличьей норе, и понятия не имел, что с ней будет дальше, — говорил Кэрролл. — Сюжет разворачивался сам собой. Потом я целую ночь записывал в большую тетрадь все глупости, которые запомнились. А уже впоследствии появилась идея добавить приключений и издать книжку". Через два года  сказка о приключениях Алисы под землей вышла.

Этот скрупулезный, нелюдимый чудак около детей становился внимательным, открытым и искренним. В их обществе переставал заикаться. Рассказывал им сказки, рисовал иллюстрации к ним. "Я люблю детей, только не мальчиков, — записал он как-то в дневнике. — Девочки удивительно красивые создания". В купе поезда или на прогулке Кэрролл всегда имел под рукой игры-головоломки, чтобы развлекать своих маленьких приятельниц. На пляж, когда ездил к морю, брал булавки, чтобы малышки могли подколоть пышные юбочки, когда им захочется топать босиком по воде. Перед этим он, конечно, знакомился с родителями, гувернантками, представляясь "старым холостяком".

Девочек — обязательно резвых и привлекательных — он любил приглашать домой. "Вы и ваши дети так добры, что считают меня своим другом. Я хотел бы, если мне будет разрешено, познакомиться с ними поближе, — писал Кэрролл своей знакомой миссис Обри Мур. — Если вы не против, сообщите, могу ли я пригласить ваших дочек к чаю или на обед не всех сразу, а порознь? Я знаю, что иногда детей выдают только в полном комплекте, но в этом случае никакой дружбы не выйдет. Мне кажется, вряд ли можно постичь детскую душу, если видеть детей только в обществе мам или сестер".

Писатель тщательным образом записывал в дневник свои впечатления о каждой своей маленькой приятельнице. Всего их было больше сотни. Об одной из них Кэрролл, например, записал: "Лили Алисе Годфри 8 лет, но она рассуждает как 16-летняя, не позволила на прощание поцеловать себя на том основании, что "никогда не целуется с мужчинами". Больно видеть, что милая детская непосредственность стерлась уже в таком раннем возрасте".

Матери доверяли этому джентльмену с безукоризненными манерами. Охотно позволяли ему фотографировать своих детей. Он любил делать портреты и снимки обнаженных девочек. В викторианской Англии конца XIX века детей до 14 лет считали асексуальными. Поэтому дружба Кэрролла с ними была, с точки зрения тогдашней морали, полностью невинной прихотью. Но в 1880-м он бросил фотографирование. В том году произошел конфуз с 17-летней дочерью его коллеги. Тогда 48-летний Кэрролл на прощание поцеловал свою юную модель. Ее мать возмутилась. Пошли сплетни и кривотолки, мол, немолодой мужчина соблазняет юное создание. Это встревожило и унизило писателя. После его смерти все снимки детей, согласно его воле, вернули их родителям.

Он не женился, потому что тогда бы потерял работу в колледже. Спокойную жизнь для собственного удовольствия считал главным приоритетом. Говорили, он так и остался целомудренным. В Оксфорде, на попечении заботливых слуг, Кэрролл не испытывал бытовых неудобств. Преподавать перестал, как только успех обеих "Алис" обеспечил ему приличное состояние. Приобрел для шестерых незамужних сестер дом.

Когда шла речь об эмоциях, часто был "сухарем". В 1890 году его знакомая и ее сестра передали Кэрроллу в письме "миллионы поцелуев". На что тот ответил: "Моя дорогая, это замечательно, что ты и Нелли обещаете мне миллионы объятий и поцелуев. Но подумай, сколько времени заберет это у вашего старенького и очень занятого дядюшки. Попробуй с часами в руках 1 минуту обнимать и целовать своего сына — думаю, что ты успеешь это сделать не больше 20 раз. "Миллионы" — это по меньшей мере два миллиона. На них понадобится 138 дней (если считать по 12 часов), это 23 недели, если брать шесть дней в неделю. Обниматься и целоваться свыше 12 часов в день я не выдержал бы, и мне хотелось бы оставить воскресенья для других дел. Теперь ты видишь: это 23 недели тяжелой работы. К сожалению, милая девочка, я не имею столько времени".

В январе 1898 года писатель заболел бронхитом. Когда дышать становилось слишком трудно, просил кого-нибудь из сестер исполнить духовный гимн. Умер, не дожив двух недель до 66 лет.

×