Село Белозирье Черкасского района знают в Москве с советских времен. Отсюда туда везли продавать веники, лук, орехи. На Черкасщине Белозирья известно самогоном и оранжевыми ставнями.
— Самогон в Белозирье можно было купить и во времена горбачевского сухого закона. Бутылка стоила 1 рубль 25 копеек. Кое-кто продавал на 25 копеек дороже. Покупали только у проверенных людей, — вспоминает 76-летний Кузьма Орлов из Черкасс. — Я тогда работал водителем на домостроительном комбинате. Мог стакан выпить не отрываясь и без закуски. Когда возвращался с командировки, в Белозирье затаривался. В каждый второй или третий дом заедешь, не ошибешься. А еще для ориентира плетни красили в зеленый цвет. Много белозирцев построились за самогон. Варили его из сахара и дрожжей. Но ходили слухи, что в закваску резину бросали, дерезу. Если выпьет человек такой хоть немного, то ходит, как дурной. Ну, мне такая не попадалась.
В Москву белозирцы перевозили водку в канистрах и грелках. Веники и лук до сих пор возят туда поездом. В Москве их называют белозирские.
— Мои знакомые за раз набирают сотню или две веников, несколько мешков лука и торгуют осенью где-то возле вокзала, — говорит из соседнего села Дубиевка Валентина Ивановна, 54 года.
60-летняя Вера Танцюра засевает проса две сотки. К весне все веники распродает.
— Вот у меня остался один, — показывает. Внучки 5-летние Богдана и Владислава позируют с веником перед фотокамерой. — Зерно раньше отбивали вручную, а теперь мотором. Веники делаем зимой, когда меньше работы. Кое-кто возит на Москву, а я свои и дома продам.
Белозирье расположено в 20 км от Черкасс. В селе есть три школы, детсад, участковая больница. Дома здесь продают по $40–70 тыс.
Иван Пышный, 70 лет, до пенсии был агрономом. Живет с женой 64-летней Галиной Арефьевной.
— Я самогон не употребляю. Разве что иногда грамм 50. Раньше для себя сами варили. Но не продавали. У нас другой заработок, — Иван Яковлевич приглашает в теплицу. — Посадили с бабой около 50 кустов помидоров Белла. Хочу попробовать еще клубнику. Если легче ухаживать, то поменяем направление. Здесь сельдерей на рассаду. Кто любит, вкусный в супе, салате, пахнет, как любисток. Полезен мужчинам.
Через дом живет мать вице-президента Федерации футбола Украины Владимира Лашкула 84-летняя Лидия Александровна. Во дворе из тротуарной плитки выложены дорожки. Бегают куры. Двери добротного дома подпирает деревянная лопата. Лидия Лашкул с палочкой медленно идет по тропинке на огороде.
— Недавно ребята со стадиона посадили картошку. Вот смотрю, какая же я глупая, что раньше держала столько огородов. Сын должен завтра приехать. Он же родом отсюда. Здесь его карьера началась. С малых лет в колхозе работал: как нарвет гороху, и сам не потянет. С первой невесткой 30 лет прожил, а вторая появилась недавно. Эта по моделям (дизайнер. — "ГПУ") работает. Я была против, чтобы бросал первую. А здесь есть уже ребенок 4-й год.
На околице села расположено предприятие "Черлис". Оно 20 лет выращивает гибридную кукурузу. Ее продают в Японию. На воротах эмблема солнца. Некоторая техника стоит по 200 тыс. евро. Средняя зарплата — более 2 тыс. грн.
— У нас никогда не было задержки в выплате. Как и где я нахожу деньги, это моя проблема. Сделали столовую, полноценный обед стоит 7 гривен, а в поле кормим бесплатно. Ставим вагончики с душем, — директор 49-летний Владимир Шварцман показывает офис, технику и склады с зерном. — На футбольную команду деньги даем.
53-летняя Надежда Цыганенко, руководитель сельского хора, с дочерью Галиной, 21 год, вышивают на заказ полотенца.
— У нас это увлечение идет от прабабушки. Вот шью своим хористкам передники. Полотенце вышиваем за полтора месяца. Шитье успокаивает. Когда-то вышивали черными и красными нитями. А теперь такое разнообразие цветов, что глаза разбегаются, — Надежда Дмитриевна с дочерью разворачивают свадебное полотенце "На щастя, на долю". — Такие продаем по 300–350 гривен.
2 
1
Комментарии