- Видел Андрея и Антона за несколько часов до гибели. Говорили о зарплате. Один из них сказал: мы за 2 тысячи гривен в месяц рискуем жизнью, - киевлянин 33-летний Олег Нечупий 16 июня с букетом красных роз пришел к пожарной части №25 в Оболонском районе столицы. Здесь прощаются со спасателями 38-летним Максимом Глазковым, 32-летним Андреем Тарасенко и 24-летним Антоном Басовским. Они погибли 9 июня во время ликвидации пожара на территории нефтебазы "БРСМ-Нафта" под Васильковом на Киевщине
В 10.00 спасатели из автобусов выносят три закрытых гроба. Мать Антона Басовского 47-летняя Анжелина Антоновна на коленях рыдает перед гробом сына.
- Во время тушения пожара был полный бардак, - рассказывает высокий стройный мужчина, на вид лет 50. Называется Алексеем. Он - бывший пожарный, работает в ведомстве. - Емкости были установлены с нарушениями, все горело одновременно. Местные привозили ребятам кастрюли с борщом, пиццу, воду и молоко.
Ребятам кричали: "Давайте пенную атаку!" А как, если горит сверху и снизу? Полезь наверх и, как шашлык, поджаришься. В момент взрыва под бочками на 900 "кубов" находились 20-30 человек. Когда в резервуарах все закипело и начало булькать, этот гул хорошо было слышно. Опытные пожарные сразу начали убегать. У них было секунд 30, чтобы добежать до забора и упасть лицом в лужу. Те, кто погиб, этот гул не услышали или не обратили внимание. Их накрыло огнем.
Личности погибших установили по анализу ДНК, потому что тела сильно обгорели.
- Нашу службу возглавляют бывшие гинекологи, ассенизаторы, врачи, танкисты и летчики. Всех начальников, которые были по профессии пожарными, поснимали с должностей, - продолжает Алексей. - К форме подносишь зажигалку - сразу загорается. Ребята сами должны покупать обувь, чтобы на работе не обгорели ноги. Машинам по 12-18 лет. А на пожарные лестницы даже становиться страшно.
Собираются несколько сот человек. Прощание продолжается почти 2 часа. Гробы заносят в автобусы. На машинах включают сирены и мигалки.
- Андрюша - это золотое дитя, - плачет теща Андрея Тарасенко 50-летняя Марина Владимировна. - Недавно с моей дочкой отметили четвертую годовщину свадьбы. Принес ей орхидею. Они вместе со мной жили. За все эти годы - ни разу с Андрюшей не ссорилась. Он меня мамулей называл. Последний раз видели его в понедельник - пошел на сутки. Во вторник в 7.17 позвонил Маше: "Едем под Васильков. Там страшная трагедия". Вечером пришли люди из службы и сообщили ужасную новость. Его 3-летняя дочка Аня ждет, что папа вернется. Говорит: "Не трогай папину подушку и кресло. Он скоро придет с работы, принесет мне чупа-чупс".
- Наш Антон мечтал стать пожарным, - рассказывает друг Антона Басовского 24-летний Эдуард. - Еще в школе писал об этом в сочинениях. После армии пошел в пожарную часть. Жениться не успел. Говорил, надо получить высшее образование, а потом уже искать жену. Планировал поступать в институт.
За гробом Максима Глазкова идет жена 43-летняя Вита Диденко и его приемная дочка Виктория, 19 лет. Обе вытирают слезы.
- Максим же ей не родной отец, а она так побивается, - качает головой седая женщина в черном платке возле автобуса.
- На нефтебазу Масим приехал вечером 8 июня, - говорит спасатель 41-летний Сергей Шумигора. - Утром с еще одним пожарным стояли возле лафетного столба, который подавал воду для охлаждения резервуара. Около 8.00 я отошел от них метров на 20. Прозвучал взрыв, меня отбросило в сторону. Увидел, как от пылающей емкости выбегали раненные ребята. Минут через 15 понял, что Максима среди них нет.
Антона Басовского и Андрея Тарасенко похоронили в Киеве на Лесном кладбище. Максима Глазкова - на городском кладбище в Белой Церкви на Киевщине. 12 июня премьер-министр Арсений Яценюк заявил, что Кабмин выделит по 200 тыс. грн семьям погибших спасателей.
Накануне в городе Козятин на Винниччине похоронили 21-летнего Евгения Шевчука. Он был членом команды пожарного поезда. Первого погибшего – заправщика нефтебазы 38-летнего Артура Арустамяна похоронили 11 июня.
2 
1
Комментарии
1