В ресторане гостиницы "Текьере Нерес", что в литовском городе Каунас, симпатичная блондинка-официантка Эгле (по-литовски "Елка") рассказала мне о бабушке своей подруги Яне. Эта 74-летняя украинка живет далеко за городом, в частном доме... Вечером Елка сообщила, что завтра в 8 утра бабушка будет в Каунасе.
— Я пришла узнать, чего от меня хочет ваша газета, — доброжелательно начала женщина и поднялась с дивана в холле. — Меня зовут Параска Сергеевна.
Мы прошли в кафе. Пани Параска заказала чай. Но когда Елка дала ей талончик на бесплатный шведский стол, съела гречневую кашу, салат, омлет и выпила апельсинового сока.
— Родилась я в Жашкове Черкасской области, — с легким акцентом
начала старушка. — Родители в колхозе работали. Несовершеннолетней работала на
сахарном заводе, а летом свеклу сажала. Школа — в
"Ляльки поболіли, дівки подуріли"
Там 22-летняя Параска Нижник познакомилась с 21-летним радистом Чеславом. Литовец искал квартиру для своего начальника. Сходили на танцы на местный "пятачок", а через несколько месяцев обручились. Взяла фамилию мужа — Ромейка.
— Мы только расписались и устроили маленькую вечеринку, — вздохнула. — Дядя дал немного денег. Позже переехали в Каунас, где жили родители мужа. Они у него добрейшие были. Дали нам 9-метровую комнату и кухню...
Литва родину заменила?
— А вам как — хорошо или плохо отвечать? — глянула настороженно. — Каунас очень хороший, — отпила "Липтона". — В Украине — горы, поля, луга, а в Литве – лес. Зимой, когда все снегом укрывается, как в сказке, — старушка начала замечтавшись покачиваться. — Я когда в Каунас приехала, не знала, что беременна, — вдруг открыла глаза Параска Сергеевна. — Поехали мы к моим — в Жашков. Чеславу соседка наша, Федора, сказала: "А ваша Паша — в положении".Отец хотел, чтобы мы венчались, а мама – нет: мол, уже живот внизу. Ну, у нас так говорят о беременных, — объяснила сконфуженно. — Поэтому мы не венчались, но родственников собрали много. Погуляли...
Родилась дочь Валя, а позже — сын Казимир — так звали папу Чеслава. Мой отец возмутился: почему в честь одного деда назвали, а второго забыли? В следующем году я родила Сергея.
А вы где работали?
— Тогда уже нигде. Раньше закончила курсы секретарш-машинисток. Дядя устроил меня в секретный отдел дивизии. Почетная должность была, — гордо подняла голову. — А в Каунасе было нелегко, — вернулась к предыдущей теме. — Говорить по-литовски я начала, когда Валя уже в 8-й класс ходила. Потому что из-за суржика родители в школе со мной не очень-то хотели знаться.
Где вы живете?
— Мы с дочерью купили дом на двоих, — поправила черный берет бабка Параска. — Живем с ней на первом этаже. На втором – Инесса, моя первая внучка, с детьми. А это, — кивнула головой в сторону Яны, с которой пришла, — вторая. Инесса родила сына, а через четыре года – двойню — Ноэса и Ауксе. Ноэс – в честь Ноя, а Ауксе – по-нашему "золотко". Крестили их недавно в костеле.
Так вы стали католичкой?
— Когда венчались, Чеслав предложил мне выбирать – в православной или католической церкви. Ради детей я пошла в костел. Даже хотела перекрещиваться, но священник сказал, что это не обязательно. А как я могу не ходить в костел, — возмутилась, — если за мужа нужно панихиду подать, свечу поставить. Он умер 14 лет назад. Когда что-то случается, иду в православный собор. Помолюсь, вспомню об Украине...
Отец возмутился: почему в честь одного деда назвали, а второго забыли?
Вернуться не хотите?
— В Украине живут мои сестры. Полине — 78, она в Жашкове осталась. А Оксане — 63, она под Одессой, в Балте. Раньше чуть ли не ежемесячно ездила в родное село. Муж сердился: "Куда в те джунгли?" А теперь отдыхаю уже на море, между Одессой и Николаевом – в Березанке. Хорошо, что пенсия позволяет. Я получаю... 1100 гривен, — быстро перевела литы на украинские деньги.
Что-то украинское дома держите? Рушники, Кобзарь, иконы?
— Кобзаря нет, а икона есть — Богородицы. Ею мама меня благословляла. А рушники... У нас это уже не модно, — ностальгические нотки отступили, тон стал прагматичным. — Это у вас там хоть свадьба, хоть похороны, хоть крещение – везде рушники.
А украинские блюда?
— О, люблю борщ, вареники, деруны, пельмени, — опять оживилась. — Дети говорят, таких вареников, как у меня, нигде не ели.
Пели внучкам украинские колыбельные?
Вместо ответа она вдруг закрыла глаза и скрипучим голосом завела:
А-а-а-а, котку,
Не лізь на колодку,
Бо заб"єш головку,
Та буде боліти
Не буде чим загоїти.
Була у мене муфточка,
Та й ту дівки вкрали,
На ляльки подрали.
Ляльки поболіли,
Дівки подуріли...
— У вас такой добродетельный народ, — продолжила, когда закончила петь. Призналась, что во время прошлогодней революции места себе не находила. Теперь поддерживает Ющенко и любит Юлю, которая ушла с гордо поднятой головой.
Бабушке Параске я подарила икону Богородицы, которую приобрела в одном из киевских монастырей. На минутку она забежала в костел, а потом мы пошли в Благовещенский собор. Там бабушка показала мне Сурдегскую чудотворную икону, подарила маленького фарфорового ангела и сказала, что он должен принести счастье.
На прощание мы поцеловались.
2 
1
Комментарии