Село Червоное Теофипольского района на Хмельнитчине расположено в 80 км от областного центра. Здесь один дом и единственный житель — Александр Миколасюк. Он живет сам 30-й год.
— Сколько я его не просила, сколько не толковала, чтобы переехал в село, — рассказывает ординецкий сельский голова Ольга Мельник, 61 год. В этот сельсовет входит село Червоное. — Предлагала один дом. Отказался. Второй уже дала с газом. А Яковлевич говорит: "У меня что, своего дома нет?" В прошлом году хотела отправить в дом престарелых. Он как услышал, закрылся в доме и нас не пускает. После нескольких часов переговоров таки согласился посмотреть на пансионат. Завели мы его туда, показали душ, комнату хорошую, а он уперся, домой просит отвезти. Ухватился за сердце. Я испугалась. Валидолу ему. Больше по интернатам не вожу.
Село Червоное расположено в 3 км от сельсовета. От дороги, посыпанной щебнем, под лесом идет грунтовка к жилищу 73-летнего Александра Миколасюка. Подворье обсажено ясенями. Двор порос травой. Из небольшого дома под шифером на порог выходит хозяин. Одет в клетчатую байковую рубашку, пиджак, штаны. На ногах калоши. Приглашает в дом.
В сенях стоят мешки. На чердак ведет лестница. В комнате справа под стеной старый буфет, рядом стол и грубка. Газа нет. Налево печь и поломанная швейная машина. На столе стоит радиоприемник. Передают сессию Верховной Рады.
Хозяин садится у стола, отодвигает пустую миску.
— Да это я борща как раз поел.
В другой комнате стол, шкаф и две кровати. На одном лежит тулуп. На стенах шесть больших образов. Одна из балок на потолке просела.
— Село Червоное основали в 1937 году, — рассказывает Александр Яковлевич. — Там селились молодые семьи коммунистов. Позже село признали неперспективным. Из 50 дворов осталось две улицы. Потихоньку все вымерли.
В конце 1980-х в селе Червоном остался один дом семьи Миколасюк. Две старших сестры Александра Яковлевича еще раньше вышли замуж. Он остался с матерью.
— Отец умер в 1947 году, мама умерла 29 лет назад, и с тех пор я сам. Средняя сестра Соня живет в России, в Красноярском крае. Ей 76 лет. Старшая Ксенька во Львове. Ей 80. А я самый молодой.
Спрашиваю, не хочет ли переехать к сестрам.
Александр Яковлевич вытягивает из кармана пачку сигарет "Козак". Смотрит, что пустая, сминает ее и бросает в грубку. Из-за печи достает пачку "Памира". Сигарету крутит в руках. Не закуривает.
— Когда мне очень скучно, то по хлеб в Ордынцы хожу. Газеты читаю.
Имеет инвалидность.
— Да это я в футбол играл. На втором курсе ветеринарного техникума в Тульчине учился. Упал и переломал позвоночник. Четыре года лежал в гипсе, пока на ноги не поставили. Дали первую группу. Потом переквалифицировали на вторую. И с тех пор я таблетки не пью. Лечусь медом или калины заварю. А если не помогает, то пью зверобой.
После больницы Александр Яковлевич работал продавцом в магазине, принимал молоко, был помощником комбайнера. 14 лет на пенсии, получает 900 грн.
Обрабатывает 40 соток огорода. В позапрошлом году держал трех коров, две свиньи, уток и кур. После того как развалился хлев, распродал все.
— Два года назад в селе подарили кошку. А она привела котят. Вот и все мое хозяйство. Одно плохо — лет 10 назад ветер линию бросил. С тех пор живу без света. Телевизора никогда не имел. Недавно подарили приемник на батарейках. Ложусь в 10 вечера, встаю в шесть утра.
Александр Яковлевич женат не был. У него семь племянников.
1 
1
Комментарии