— Секс, любовь, мечта, свобода, — качаясь, выкрикивает киевский художник Артур Белозеров. — Сделайте хоть что-нибудь сами для себя. Будьте сексуальными! Что вы его трогаете? Отпустите домой Влада Троицкого! — в воскресенье 21 сентября до 22.00 отгоняет нас от организатора "Гогольфеста" посреди цеха заброшенного экспериментально-механического завода. В промзоне возле Днепра на Выдубичах мероприятие проходило с 11 сентября. Действовали 14 площадок, четыре — музыкальные.
— Устал. Я отдал фестивалю все, что мог, — опирается на куб одной из инсталляций режиссер 49-летний Влад Троицкий. Был на "Гогольфесте" ежедневно с утра до вечера. — В этот раз приехали более зрелые и ответственные люди. Точно у нашей страны есть будущее. Чем меньше будем ждать, что кто-то за нас порешает, тем прекраснее оно будет. Искусство — не игра, это мистическое проектирование будущего. Мы уже ставили этот спектакль с "ДахойБрахой", но он не менее актуален сейчас. Он был пророческим.
Закрывает фестиваль постановка "Сны заброшенной дороги" от группы "ДахаБраха". Певицы в белых платьях и высоких черных шапках выходят на сцену посреди цеха. На металлических лесах позади поднимаются актеры театра "ДАХ" в белом наряде. Выносят чемоданы, клетку с птицами, ракетки. Суетятся, начинают играть в бадминтон.
— О, точно как мы, — говорит спутнику зрительница с выбритыми висками и оранжевыми волосами. — Мещане. Фестивалим, будто нет никакой войны.
В зале пахнет пряностями — посетители пьют чаи и глинтвейн. Актеры-мужчины надевают военную форму и уходят со сцены. Женщины переодеваются из белого в длинные черные юбки. На экранах проектируют фотографии опустошенных войной сел. Актрисы надевают черные платки и колышут младенцев.
— Некоторый период я вообще не пела. Не создавалось ничего, потому что постоянно хотелось плакать, — говорит певица из "ДахиБрахи" Елена Цибульская, 33 года, после спектакля. — А теперь все равно пою. Песня лечит. Через нее выходит внутренний плач.
Вдоль зала — два торговых ряда. На одном столе продавцы разложили светлые шапки из овчины с длинным ворсом, несколько развесили рядом на дереве-вешалке. На фестивале такая стоит 450 грн. За прилавком шапку-папаху из белого меха шьет 37-летняя Ольга Дзюба.
— Два года назад познакомилась с будущим мужем. Он грузин, 23 года занимается дублением шкур. Сейчас несколько дизайнеров ввели папаху в моду. У нас на Закарпатье тоже носили такие шапки. У закарпатских овечек более короткий ворс, потому что климат мягче. У нас такая шапка называлась кучма, как куча сена или куча шерсти на голове. В Грузии папахи только белые или черные. В Украине больше коричневого и бежевого цветов. Шерсть у нас вся грузинская, потому что в Карпатах не так много овец. Да и климат не позволяет. Дубление занимает две недели — скобление, мытье, химическая обработка. При том, что тбилисское солнце интенсивно это сушит. При украинском влажном климате это забирало бы до месяца. Их покупают творческие люди. С 25 штук за время фестиваля продали.
На улице десяток кафе предлагают еду и напитки. Пахнет мясом и дождем, под ногами грязь. В торце — вегетарианское кафе "Свободная карма". Антонина Мельник, 25 лет, в льняном переднике, наливает имбирный чай в бумажный стакан.
— Чаи все горячие, постоянно подогреваем их, — говорит о цветных напитках в стеклянных чайниках. Стоят на прилавке с подогревом. Для сохранения тепла в него засыпали гречку. — Больше всего продали имбирного чая. Ролы из фалафелем (котлета из молотого гороха нут. — "ГПУ") — самая популярная наша позиция (стоит 30 грн. — "ГПУ"). За два дня продали 500 штук. Сама вчера 150 штук накрутила. Фестиваль развернулся, стал более коммерческим. В этом году появились ярмарка и кафе. Но люди нормальные, атмосфера о'кей.
"Гогольфест" проходит в Киеве с 2007 года. Имеет пять направлений: театр, музыка, кино, литература и визуальное искусство. До завода на Выдубичах проходил в "Мыстецком Арсенале" и на киностудии им. Довженко. Вход стоил от 30 до 100 грн.
2 
1
Комментарии