Есть надежда, что Путин и Байден увидели пропасть. И решили от нее отползти

Вашингтон и Москва ищут новую форму мирного сосуществования

Байден и Путин взглянули друг другу в глаза.

И решили снимать напряжение. Но при сохранении своих позиций по тем раздражителям, ликвидировать которые невозможно.

Саммит выбросил на поверхность то, что можно назвать драмой, в которую вовлечены обе страны. Драма в том, что обе стороны не могут выскочить из ловушки взаимной враждебности. Обе стороны ищут способ управления несовместимостью своих принципов. Но постоянно теряют руль управления. В Женеве Байден и Путин попытались вернуть управление.

Обе стороны не могут выскочить из ловушки взаимной враждебности

Для США отношения с Россией важны для поддержания глобальной стабильности, но и для решения собственных внешнеполитических задач. Для России США значат гораздо больше, став внутрисистемным фактором. Эти отношения - подтверждение державности, которая остается позвоночником российской системы. Америка играет и роль "врага", когда Кремлю нужно средство мобилизации общества. Чем слабее легитимация власти через выборы - тем нужнее "враг".

Ни одна нация не возбуждает у российской элиты столь сильные чувства. Америка воспроизводит у нее одновременно Веймарский синдром и злорадство по поводу ожидаемого упадка Америки.

США играют для России системную роль в любом качестве - и как противник, и как ситуативный партнер. Самое унизительное для державной логики - если Америка начнет Россию игнорировать. Но Россия может найти повод возвратить внимание! Вспомним апрельскую эскалацию вблизи украинской границы.

Самое унизительное для державной логики - если Америка начнет Россию игнорировать

Тот факт, что Вашингтон пытается сгладить конфронтацию с Москвой, говорит о том, что там есть и осознание опасностей в случае игнорирования России, и надежда на пользу диалога. Главное: Байден пришел к выводу, что изолировать Путина себе дороже.

Обе стороны давно пытаются найти модель "сдерживания - диалога". Но обе понимают этот баланс по-своему. В результате мы видим постоянные "качели": каждая попытка Москвы и Вашингтона "перезагрузиться" заканчивается враждой. Понятно почему - совпадение тактических интересов неспособно смягчить несовместимость системных принципов.

Пока не видно, что у Запада в целом есть стратегия в отношении России. Трудно строить политику в отношении Субъекта, который существует за счет амбивалентности: "быть против Запада - быть внутри Запада - быть с Западом".

Россия демонстрирует высший класс эклектики. Кремль не устает утверждать, что США в упадке. Путин твердит, что США "твердым шагом идут прямо по пути Советского Союза". Но если век Америки завершается, зачем требовать у США уважения и жаловаться на исходящие оттуда угрозы? И зачем соглашаться на саммиты?!

Это выглядит как политическая шизофрения. Но в ней сила! Нет ничего опаснее субъекта, от которого не знаешь, что ожидать. Субъекта, который то готов дружить, то угрожает, демонстрируя ядерные боеголовки.

Нет ничего опаснее субъекта, от которого не знаешь, что ожидать

Вот и приходится Вашингтону искать диалог с системой, которая построена на игре в "обманки". Ирония в том, что пока обе стороны ищут точки соприкосновения, они оказались в тени китайского Дракона, который ждет шанса воспользоваться их враждой.

То, что Байден до саммита не выкатил болезненные санкции в отношении России и даже забыл о планируемых на 2 июня санкциях за отравление Навального, примечательно. Для Байдена ожесточение Кремля, видно, опаснее, чем недовольство в собственном лагере, требующего жести.

Вашингтону приходится мучительно искать способ сочетать борьбу за демократию и необходимость заниматься с Россией геополитикой. Каждый раз приходится выбирать, что важнее: Украина, Навальный и свободы или ракеты, Сирия, Иран, Афганистан. Пока ни одному американскому президенту не удалось решить проблему диссонанса.

На фоне рухнувших российско-американских отношений женевский саммит выглядит прорывом. Завершение "войны посольств", решение о начале консультаций по вопросам безопасности и региональных конфликтов говорит о желании выйти из окопов. Уважительные отзывы лидеров друг о друге (Байден: " у нас был позитивный разговор"; Путин: "говорим на одном языке") и сама "картинка" саммита позволяют предположить, что они нашли взаимное понимание. При этом они остались по разные стороны идеологической баррикады.

Сотрудничество ядерных держав при отсутствии доверия между ними - это хождение по канату над пропастью без страховки

Их переговоры не были поиском доверия. Это был разговор об интересах и как их продвигать так, чтобы не вызвать обвал. Начинается попытка Вашингтона и Москвы найти новую форму мирного сосуществования.

Примирительный тон саммита, однако, не гарантирует даже "холодного мира" между нами. Сотрудничество ядерных держав при отсутствии доверия между ними - это хождение по канату над пропастью без страховки.

Пока неясно, насколько этот саммит поможет России и США сблизить свои представления о "линии Мажино". Трудно добиться умиротворяющего баланса сил при их дисбалансе.

Продолжение разговора возможно, если вопрос ценностей будет отложен в дальний ящик ("котлеты отдельно, мухи отдельно", как говорит Путин). Байден, пригласив Путина на встречу, уже сделал приоритетным "интерес". Не обязательно потому, что считает агрессивность Кремля основной угрозой. А потому, что Вашингтону нужно ублажить Путина перед тем, как сконцентрироваться для ответа на основной вызов для Запада - Китай.

Вашингтону нужно ублажить Путина перед тем, как сконцентрироваться для ответа на основной вызов для Запада - Китай

Возникает вызов для России: как в ситуации противостояния двух гигантов не оказаться чьей-либо пешкой?! Быть на линии огня опасно. Но для России оказаться в китайском лагере еще опаснее.

Байден будет пытаться превратить Россию и Китай из фактора размывания Запада в фактор его консолидации. Ирония в том, что Париж и Берлин предпочитают видеть основной вызов в России - не в Китае. "Россия является основным вызовом", - упрямится Меркель, а вслед за ней и Макрон. Значит, Байдену не удалось "построить" Европу и поле маневра для Кремля остается.

И все же: позитивное значение саммита в том, что есть надежда, что обе стороны увидели пропасть. И решили от нее отползти. Никто не хочет эскалации.

Однако, платой за стратегическую стабильность обычно оказывается свобода. А сама "стратегическая стабильность" является поиском статус кво, которое постоянно ускользает.

Правда, Баден надеется, что удастся улучшить отношения с Россией "без отказа от принципов". Ответим словами самого президента Байдена: "We'll find out". Поживем- увидим. Но будет готовы и к ненастной погоде.

Оригинал

Если вы заметили ошибку в тексте, выделите ее мышкой и нажмите комбинацию клавиш Alt+A
Комментировать
Поделиться:

Комментарии

Оставлять комментарии могут лишь авторизированные пользователи

Наші автори
Владимир Гевко Маркетолог
Майкл Дракман Директор Международного республиканского института в Украине
Дарья Лазарева Эксперт отдела климата и транспорта ОО "Екодия"
Юрий Николов Соучредитель издания "Наші гроші"
Брайан Уитмор Старший научный сотрудник Atlantic Council