10 лет назад мы были такими, как европейцы – сейчас

Уроки августа 2008-го

Десять лет назад случилось российское вторжение в Грузию. Мы сегодня выводим наш 2014-й из 2008-го, но давайте будем честны. Сколько из нас декаду назад воспринимали российско-грузинскую войну как предтечу российско-украинской?

29,2% украинцев считали агрессором в той войне Грузию. 24,7% – Россию. Вину на обе стороны возлагали 19,6%. Это данные опроса Центра Разумкова, сделанного сразу после пятидневной войны. Иллюстративно, правда?

29,2% украинцев считали агрессором в той войне Грузию. 24,7% – Россию

Мы любим придумывать самих себя задним числом. Но давайте начистоту – десять лет назад мы отличались от себя нынешних. В лучшем случае – "не все так однозначно". В худшем – "сами виноваты". Как минимум, три четверти страны, - пишет Павел Казарин для "Крым.Реалии".

Через год с небольшим – в январе 2010-го – во второй тур украинских президентских выборов выйдут люди, в программе которых "грузинского контекста" попросту не было. И дело тут не только в фигурах Тимошенко и Януковича. В конце концов, предвыборные штабы работали от общественного запроса. А в той Украине запроса на оборону не существовало.

Призывы кормить армию воспринимались как алармизм. Призывы готовиться к обороне – как паникерство. Контекст военно-морских учений в Черном море оставался прежним – отражение атаки "третьего государства" и борьба с НВФ. Под незаконными вооруженными формированиями подразумевались крымские татары. А Черноморский флот России по легенде учений проходил как союзник.

Российско-грузинская война и правда была предтечей российско-украинской. Только совершенно с иным смыслом.

Мы сетуем на близорукость союзников. На их беззубость. Но десять лет назад мы вели себя точно так же

Мы сетуем на близорукость союзников. На их беззубость. На неготовность адекватно оценивать риски. Но десять лет назад мы вели себя точно так же.

Мы жалуемся, что вторжение в нашу страну не привело к тотальной изоляции агрессора. Что мир продолжает торговать с Москвой. Покупать ее газ и продавать все остальное. Но разве мы сами готовы были защищать грузинский суверенитет ценой украинских прибылей?

Мы осуждаем моральный релятивизм. Требуем не уравнивать ответственность агрессора и жертвы. Но где была наша принципиальность в 2008-м?

И я ведь тоже не был исключением. Я ведь тоже принадлежал к большинству. А потому каждая годовщина российско-грузинской войны – это для меня напоминание еще и о том, как изменился я сам.

Мы упрекаем других в том, в чем десять лет назад можно было упрекнуть нас самих. Хотите понять логику европейских обывателей – вспомните себя.

Впрочем, у той войны есть и еще один урок. Грузия не была частью "русского мира" – в том виде, в котором принято говорить применительно к Украине. Свой язык. Своя церковь. Своя собственная история, культура и традиции. Дистанция между грузинами и русскими куда нагляднее – и оставляет куда меньше пространства для разговоров про "один народ". И, тем не менее, от вторжения все это защитить не смогло.

Остановить чужую армию может лишь собственная. А вот от ее идентичности зависит то, будет ли она готова открывать огонь

Потому что и язык, и церковь, и идентичность – это важные условия, но недостаточные. Они могут усложнить задачу агрессору, но не остановить. Потому что империя меряет свои аппетиты не культурными различиями, а потенциальными издержками.

А потому остановить чужую армию может лишь собственная. А вот от идентичности этой армии зависит то, будет ли она готова открывать огонь.

Доказано Крымом.

Copyright © 2017 RFE/ RL, Inc. Перепечатывается с разрешения Радио Свободная Европа/ Радио Свобода

Если вы заметили ошибку в тексте, выделите ее мышкой и нажмите комбинацию клавиш Alt+A

Комментарии

Оставлять комментарии могут лишь авторизированные пользователи

Наші автори
Елена Косенко Психолог
Ольга Горбань Психолог
Александр Скакунов Основатель образовательной платформы Zero to Hero
Зоя Казанжи Журналистка, медиа-тренер, писательница
Алексей Кущ Финансовый эксперт
Погода