суббота, 21 января 2017 19:15

"До последнего надеялся, что аэропорт - это игра на живца" - киборг

 

21 января 2015 было принято решение об отводе украинских военных с территории Донецкого аэропорта.

"Я попал на достаточно спокойный период. Днем - стрелковое оружие крупного калибра, к ночи - миномет и артиллерия. Два раза было что-то вроде попытки штурма. Ребятам, которые были до меня, труднее показалось. Обстреливали 24 часа в сутки", - вспоминает бывший военнослужащий 95-й оаэмбр Вооруженных сил Украины, "киборг" 29-летний Тарас Коваль на позывной "Вальтер".

В октябре-ноябре 2014-го боец ​​10 дней оборонял терминал Донецкого аэропорта.

"После месяца пребывания в Песках, просился в аэропорт. Сначала выполнял функции пулеметчика и штурмана. Мы возили в аэропорт продукты, воду, завозили и вывозили ребят. Как-то мы поехали на точку старта. Там еще четыре БТРы. Ездили только ночью. Взлетная полоса мимо вышки подъезжали к терминалу. Между первым и вторым рукавом было место выгрузки. Сепары постоянно обстреливали. Ночью это выглядело так: приезжает БТР, ты смотришь в прицел, а вокруг темнота, здания какие-то. Ребята выпрыгивают, а другие вскакивают и сепары начинают стрелять. Такое ощущение, что вокруг машины пустили много салютов. Сидишь думаешь: "Нифига себе" и в ответ открываешь огонь. Надо заставить противника залечь или в идеале уничтожить", - вспоминает события тех дней Тарас.

 

"В конце октября я заехал в помещение нового терминала. Комбат назначил меня исполняющим обязанности снайпером. У меня была американская винтовка, которую волонтеры привезли. В мою смену на терминале мы полностью контролировали весь новый терминал. Тогда уже было два украинских флаги наверху. Нам звонили, что Киселев рассказывает на российском ТВ, что терминал взят. Поэтому наши ребята четыре флага добавили. На тот момент, когда я ехал из аэропорта, на крыше терминала было шесть флагов. Один из них я помогал ставить. На одном из них написано "Рокитное". 74-й разведбат находился как раз в тот момент на углу терминала. В этот момент нас обстреливали. Но в любом случае снайпер был фиговый, так как ни я, ни боевые товарищи не пострадали. Мы поднялись, было тихо. Нас было четверо. Мы сразу распределили позиции, чтобы наблюдать все стороны. Крыша была усыпана щебнем. И там были какие-то конструкции, за которыми можно было спрятаться. Но все равно во весь рост вставать было стремно. Ребята только начали ставить флаг, здесь слышим - дзинь! Поднимаем головы. Я сразу в оптику стараюсь высмотреть откуда, где будет вспышка. Думаешь: скорее надо мотать этот скотч и валить."

Больше всего во время пребывания в аэропорту пугало затишье со стороны боевиков.

"Когда стреляют, ты в темноте едешь, видел вспышку, приводишь и даешь "ответку". Есть ощущение того, что ты как-то сопротивляешься противнику. А когда он не стреляет, понимаешь, что он тебя видит? И тут уже у кого раньше нервы сдадут - кто первый начнет. Потому что ты знаешь, где находятся его огневые позиции сегодня и он будет стрелять, а когда тишина, то он может находиться где угодно. Эта неопределенность пугает".

По словам Тараса аэропорт брали местные боевики и россияне.

"Сепаров там было достаточно. Или это были русские. Случались группы, которые действовали профессионально. Где-то 29-30 октября в нам поступила информация, что прибыли профессиональные снайперы из России. И как раз начали работать парами. Они вылезали, когда начинало темнеть. Уже видно вспышку, но еще не тьма. Один работал как лох на показуху - выставлял ствол и хаотично стрелял. Наши, конечно, срывались туда. А второй снайпер сидел где-то в глубине здания и выслеживал наших ребята, которые высовывались. До этого никто так не делал. Один выманивает, второй ведет огонь. По звуку было слышно, что это крупный калибр. В один из вечеров мы подстрелили снайпера, и даже винтовка почти выпала из окна".

 

Самыми тяжелыми, по словам защитников аэропорта, были бытовые условия.

"Хорошо, что мне перед этим сказали взять упаковок носков, трусов, маек, салфеток влажных две большие пачки. Я рукавицы снимал только для того, чтобы поесть. Все остальное время был в них. Когда я вернулся оттуда, то в душе руки уже отмывал стиральным порошком и пастой. Потому что под одеждой они были белые, а снаружи - я почти негр. Постоянное ощущение холода. Залезаешь в спальник, закинул грелку. У ног тепло, а сверху холодно. Перевернул грелку - наоборот. Просыпаешься от того, что ног уже не чувствуешь от холода. Вылезаешь из спальника, кладешь грелку в ботинок, ждешь минут 10, Суешь ногу в ботинок - стало тепло. За все эти 10 дней хлеб я видел только один раз. все остальное время это были галеты с сухпайка. Я ими себе два куска зуба отломил. Они сами по себе жесткие. Мука, ​​вода, соль. Плюс еще морозы".

 

До последнего боец ​​и его боевые товарищи надеялись, что аэропорт не упадет

"Ежедневно они лупили. Но я надеялся, что еще вот-вот соберутся резервы. Думал, сепары пойдут волной на нас, и ребята на контратаке сработают. Я до последнего надеялся, что аэропорт - это игра на живца. Вот уже как-бы прекращение огня, возможности такие, пришла гуманитарка. Они расслабились. Сейчас подтянем ребят из Спартака, Песков. Пойдем на них штурмом. У меня был расчет, что командование даст артиллерийскую команду и через трое суток мы уже будем в Киевском районе города Донецка. Но, увы.."

В ночь на 21 января боевики заложили взрывчатку под залом терминала, где киборги держали оборону. От взрыва перекрытия на трех этажах рухнули. Украинские защитники оказались под бетонными завалами. Среди них были и тяжелораненые. Ожесточенные бои продолжались. Некоторые из бойцов попал в плен.

"К тому времени когда я был в аэропорту, там находилось около 40 человек в новом терминале, на старом - где-то 30. Когда увидел кадры с мертвыми украинским солдатами хотел прямо в телевизор выстрелить. Я их не знал, но это не важно. Эти ребята военные, патриоты, десантники. Это свои. Паршиво было, обидно, неприятно. Те, кто были там, понимают, что происходило в голове. А тем, кто не понимает, оно и не надо", - говорит Тарас.

Оборона ДАП продолжалась 242 дня: с 26 мая 2014 до 22 января 2015 года. По официальным данным, с 18 по 20 января 2015 в аэропорту погибли 58 украинских бойцов. Всего за время обороны более 200 киборгов погибли там.

Сейчас вы читаете новость «"До последнего надеялся, что аэропорт - это игра на живца" - киборг». Вас также могут заинтересовать свежие новости Украины и мировые на Gazeta.ua

Комментарии

2

Залишати коментарі можуть лише зареєстровані користувачі

Голосов: 25817
Голосование Возможен ли мир на Донбассе за "формуле Штайнмайера" (выборы + отвода войск + амнистия боевиков + особый статус Донбасса)?
  • Так, пора заканчивать войну любыми способами
  • Нет, мир будет только после победы
  • Нужно дальше проводить переговоры и привлечь к ним США
  • Война в Украине закончится только после возвращения Крыма
  • Ваш вариант (в комментариях)
Просмотреть