Надо готовить новое издание Франко силами галичан и исправить ошибки "східняків"

Ерунда умножает прочую ерунду

Время от времени бурное прошлое стучит мне в окошко. Каких только легенд о себе не узнаешь, когда кому-то перейдешь дорогу! Можно уже выдать целый сборник различных нелепостей.

Но это по-своему уникальна. Ища в сети упоминания о моих мистификациях, наткнулся я на такую историю:

"Винничук для журнала "Дзвін" переводил произведения из редких восточных языков и получал за то большие деньги. Только выяснилось, что те произведения уже переведены на русский, и Винничук, соответственно, переводит их с русского, а в восточных языках ни бе, ни ме. Говорят, что, когда редактор "Дзвону" потребовал от него объяснений, Винничук спокойно объяснил: "Я просто проверял вашу бдительность".

Вот так: в то время, как Винничук составлял "Легенды Львова", Львов уже его самого сделал героем своих легенд".

Автором этой ахинеи еще в 2003 году была Инна Волосевич.

Никогда ничего не переводил с восточных языков, потому что действительно ни бе, ни ме, ни кукареку

Так вот - я никогда ничего не переводил с восточных языков, потому что действительно ни бе, ни ме, ни кукареку. А значит, и больших денег получать не мог, потому что никто за переводы грубых гонораров не платил. Переводил я из кельтских языков произведения, которые значительно позже появились в русском переводе. Большинство так никогда и не появились в любом переводе, потому что это были мои мистификации - то есть мои собственные стихи.

Восточные языки - ну, это же надо такое придумать! Хотя... может, речь шла о переводах с арканумского? Для непосвященных замечу, что Арканум и арканумскую литературу придумал я. Так что русских переводов не существует.

Хотя стоп... Уже есть - ведь в русском переводе "Танго смерти" цитируется арканумский, то есть моя поэзия.

С тем Востоком я так просто не распрощался, потому что в "Галицкой кухне", описывая кулинарный талант моей мамы, я вспомнил о том, как приходили к нам в гости ее сотрудники - "росіяни, євреї та східняки". "Східняками" у нас называли украинцев из-за Збруча. В рецензии на "Галицкую кухню" на русском языке "східняки" превратились в "восточных немцев".

"Східняками" у нас называли украинцев из-за Збруча. В рецензии на "Галицкую кухню" на русском языке "східняки" превратились в "восточных немцев"

Откуда в нашем богоспасаемом Станиславове взялись восточные немцы - неизвестно. Я их в жизни никогда не встречал.

Или вот правосекы обозвали меня "сепаром" на том лишь основании, что я поставил вопрос о возвращении архивов Ивана Франка, Владимира Гнатюка и НОШ назад во Львов, откуда они были незаконно вывезены. Хотя Франко завещал свой архив именно Львову.

Аргумент возмущенного молодого националиста звучал так: "Франко принадлежит всей Украине".

Нет вопросов, надо в Киев перевезти со Львова картинную галерею, вывести на Львовскую площадь нашу ратушу с целым Рынком - потому что они тоже принадлежат всей Украине. Проблема лишь в том, что вне Галичины Франко понимают не до конца, а не понимая, этих архивов не изучают. Множество слов из его произведений остаются не разъяснены, как и множество понятий. Потому что если у Франко встречается первый этаж, то это не первый этаж, а второй, потому что первый назывался "партером". В частности, в одном из древних переводов Бруно Шульца тоже читаем, что жил он на "первом этаже", хотя на самом деле на втором.

У Франко встречается первый этаж, то это не первый этаж, а второй, потому что первый назывался "партером"

Есть множество слов в 55-томном издании Франко, которых не понимают не только читатели, но и составители, которые эти тома готовили к печати. Там который том в руки не возьми - полно глупостей.

Например, "теньґий" - не "крепкий", а грубый, толстый, большой.

"Квітувати" - не "увольняться", а обеспечивать что-либо квитанцией.

"Кермаш" - не "руководитель", а храмовый праздник во время которого также проходит ярмарка, а затем уже и книжные ярмарки стали называть "кермашами".

"Бельфер" - не только "еврейский учитель", но и на ученическом сленге - гимназический преподаватель и не обязательно еврей, и в тексте вовсе не о евреях было.

"Фацет" - не "пренебрежительное название шутника, несерьезной человека", а любой человек. Иначе бы не назвали в центре Львова кнайпу "Фацет".

"Фуяри" - не "шпаргалка", а дудка. А откуда взялась шпаргалка? Потому что в 16 томе на ст. 446 говорится о скрученной в трубку бумаге ("Ану-но, що то за фуяри?"). Правда, фуяра имеет и другое, батярские значение, но это Франка не касается.

"Лельом-полельом" - не "зря растрачивать время", а делать что-то или вести себя сонно, лениво.

Фразу "лярум не дзвонити" толкуют так: "не звонить зубами от холода", не догадываясь, что лярум - это гибрид с алярм, а следовательно, означает шум, тревогу.

"Поблика" (публика) не "гадость", а скандальное происшествие. Это в 16 томе, а в 21-м уже "стыд, позор, осуждение", что ближе к правде. То есть словари в отдельных томах не согласованы.

Примеров можно умножать целыми кипами. "Східняки" (не восточные немцы) не в состоянии подготовить произведения галичан, потому что не понимают этих слов и выражений. Более того, они мало того, что бездарно толковали произведения Франко, то еще и искажали слова, которые он употреблял. И таким образом, где был в Франко "росіл" в значении бульон, везде - "розсіл". А в словаре объясняют: "квас, уха". Но это "розсіл" - квас из-под огурцов или квашеной капусты, а не "росіл".

Где был в Франко "росіл" в значении бульон, везде - "розсіл". А в словаре объясняют: "квас, уха". Но это "розсіл" - квас из-под огурцов или квашеной капусты, а не "росіл"

Здесь вспомнилось, как мы с Антином Мухарским подъезжали к Филадельфии, а дама, которая организовала нам выступление, звонит и говорит: "Я вже вас із росолом чекаю". На что Антин с удивлением мне: "С каким рассолом? Мы что - после бодуна?". - "Нет, - говорю, - то по-вашему будет бульон".

Или как писатель Николай Угрин-Безгрешный, влюбленный в Христю Алчевскую, поехал в Харьков и, читая лекцию, сказал такую фразу: "У нас із того пукали зі сміху". Дамы начали краснеть, некоторые вышли. Только потом объяснили ему, что там это - пердеть, а не лопать или щелкать. Хотя пукать у нас означает также стучать: пукает к вашему сердцу! В Франка: "О восьмій слуга запукав до вчорашнього гостя — гість не обзивається; слуга запукав сильніше, ба й дуже сильно — гість-таки не дає о собі й знаку".

Проблема с Франко еще и в том, что отдельные его произведения были написаны на польском, а подают их в переводе. Но это такой перевод, что лучше бы не переводили. Я уже писал когда-то, как "urynal" (ночной горшок) превратился в "урину".

И так не только с Франко. В издании Осипа Шпитко "леда" в значении "только" превратилось в "льоду".

Комментаторы вообще не привыкли вчитываться в текст. Народная сказка о Довгомуде четко и недвусмысленно объясняет: "це колись такі люди були: чоловік не чоловік, вовк не вовк. Руки у нього були такі, як і в чоловіка, а тіло усе в волоссі, а на голові – шапка – хто її зна якої масти". А что в примечаниях? "Довгомудик - хорек".

Так от нелепостей о себе я тихо добрался до нелепостей о Франко. Но если я чепуху о себе еще могу высмеять или исправить, то Франко уже - нет.

Бред кочует за бредом и в школы, и в университеты, и в переводы Франко на других языках

А ерунда умножает прочую ерунду, так как все последующие издания произведений Франко базируются на том многотомнике. И бред кочует за бредом и в школы, и в университеты, и в переводы Франко на других языках.

И ничего не поделаешь, кроме как возродить замершее Научное общество имени Шевченко и готовить новое издание Франко силами галичан. Такой мой сепаратистский взгляд на эту проблему.

Перепечатывается с разрешения издания "Збруч"

Если вы заметили ошибку в тексте, выделите ее мышкой и нажмите комбинацию клавиш Alt+A
Комментировать
Поделиться:

Комментарии

Оставлять комментарии могут лишь авторизированные пользователи

Наші автори
Алексей Арестович Военный эксперт
Сергей Сингаивский Писатель, переводчик
Евгений Клопотенко Кулинарный эксперт
Дмитрий Кулеба Дипломат
Погода