Правила для избранных? Скандал с закупками дронов

Все, как мы любим: некоторые требования выписали под конкретных производителей, некоторые - настолько широко, чтобы производитель точно ничего не понял. Сроки подачи заявок - вместо 6 дней сократили до 4. Конечно, многие производители дронов заявили о предвзятости Агентства оборонных закупок по отдельным участникам торгов. А что вы подумали?

Украинский оборонный рынок за последние четыре года прошел путь, на который в мирное время могли бы уйти десятилетия. Сотни команд стали создавать беспилотные системы, средства радиоэлектронной борьбы, наземные роботизированные комплексы, системы связи и другие технологические решения.

Часть компаний, которые в 2022 году собирали первые изделия в небольших мастерских, сегодня способны серийно производить тысячи единиц техники и конкурировать за крупные государственные контракты. Конкуренция стала одним из двигателей этого развития. Производители обязаны постоянно реагировать на конфигурации поля боя, изменять частоты, дальность, системы управления, камеры, методы и конструкцию собственных изделий. То, что работало полгода назад, сегодня может нуждаться в серьезной модернизации, а технология, которая сейчас дает преимущество, через несколько месяцев может стать обычным требованием войска.

Поэтому правила государственных закупок сегодня имеют значение за пределами отношений между государством и отдельными поставщиками. От этих правил зависит, кто будет инвестировать в производство, кто будет рисковать за собственные средства, кто будет расширять инженерные команды и насколько быстро новая технология будет проходить путь от испытаний до серийного применения на фронте.

Именно в этом контексте следует посмотреть на дискуссию, возникшую вокруг августовской конкурентной закупки Агентства оборонных закупок. Речь идет об ударных и разведывательно-ударных беспилотных авиационных комплексах с модулем волоконно-оптической линии связи.

Согласно информационной справке по этой процедуре, 20 августа АОЗ пригласила производителей подать коммерческие предложения по 52 лотам, а конечным сроком представления было определено 26 августа. Необходимость самой закупки вряд ли нуждается в дополнительном объяснении. Оптоволоконные беспилотники стали важной частью современного поля боя, а обеспечение ими Сил обороны оказывает непосредственное влияние на боевые возможности украинских подразделений.

Чем быстрее правительство способно снабжать военных актуальными системами, тем лучше для фронта. Однако именно здесь возникает вопрос, который значительно шире конкретных лотов. Если государство переходит к масштабным конкурентным закупкам по тактико-техническим характеристикам, важно понимать, насколько созданная система обеспечивает реальную конкуренцию между производителями и одинаковые правила доступа к государственному заказу.

Закупки по ТТХ: плюсы, минусы и подводные камни

Сам принцип закупок по тактикотехническим характеристикам выглядит верным. Государство должно покупать не название конкретного изделия и бренд конкретного производителя, а необходимую военную способность. Если установленным характеристикам соответствуют десять украинских систем, то все десять производителей должны иметь возможность конкурировать по государственному заказу ценой, качеством, производственной способностью и сроками поставки.

Именно такая модель создает верную мотивацию для рынка. Производителю становится выгодно вкладывать деньги в технологии и масштабирование производства, поскольку лучший продукт получает шанс конкурировать за контракт. В то же время, государство получает больший выбор, меньшую зависимость от отдельных поставщиков и возможность использовать конкуренцию для получения лучшей цены. Поэтому дискуссия вокруг нынешней закупки не должна превращаться в дискуссию против закупок по ТТХ. Напротив, речь идет о том, как сделать этот механизм максимально эффективным и понятным для рынка. И именно здесь возникает первая группа вопросов по августовской процедуре.

Многие эксперты и военные обращают внимание, что часть важных параметров, среди которых максимальная и рабочая высота полета, крейсерская скорость и взлетная масса, вообще не определены. В то же время другие показатели почему-то сформулированы значительно подробнее.

Но рационально ли это? Ведь именно военные нуждаются в конкретной дальности, определенном типе камеры, определенной нагрузке или любом другом параметре. По сути, смысл закупок по ТТХ и состоит в том, чтобы военная потребность определяла характеристики будущего заказа. Однако для нормальной работы рынка важно понимать логику формирования таких требований и насколько широк круг серийных украинских изделий способен им отвечать.

Здесь возможен очень простой критерий оценки. Для каждого класса закупки можно определить количество проверенных производителей, продукция которых соответствует заявленным характеристикам. Если таких производителей много, то это будет лучшим подтверждением реальной конкуренции. Если их всего несколько, конкуренция все равно может оставаться достаточной.

Если определенной совокупности параметров соответствует только одно изделие, тогда возникает необходимость объяснить, почему именно такие характеристики необходимы для выполнения боевого задания. Это важный предел для всей дискуссии, которая длится в публичном дискурсе последние дни. В то же время, особенности процедуры создают вопросы, на которые рынок имеет право получить аргументированные ответы. Именно такой подход позволяет не превращать профессиональную дискуссию в обмен обвинениями.

Скорость должна работать для всех

Вторая группа вопросов касается сроков проведения процедуры. Сейчас у производителей четыре рабочих дня для подготовки предложений и подтверждающих документов. Многие из производителей считают такой срок недостаточным для полноценной подготовки всех потенциальных участников. Однако здесь важно не переносить стандарты мирных государственных закупок на современную технологическую войну.

Украина не может позволить себе процедуры, которые продолжаются месяцами, когда речь идет о изменяющихся технологиях в течение нескольких недель. Беспилотник, отвечающий потребностям фронта сегодня, через несколько месяцев может потребовать другой системы связи, камеры, частотного диапазона или принципиально иного технического решения. Поэтому скорость закупок должна стать преимуществом, а не проблемой. Проблема может возникнуть, когда скорость создает различные фактические возможности для участников. Формально одинаковый срок еще не означает одинаковые стартовые условия, если потенциальные поставщики получают информацию по разным каналам или в разное время.

Именно поэтому вопрос сроков следует рассматривать вместе со способом коммуникации с рынком. Чтобы все не превратилось в видимость конкуренции, когда документация рассылалась по электронной почте определенному кругу предприятий, а процедура не проходила через привычный электронный механизм с публичным объявлением. Такие истории создают вполне нормальный вопрос о принципе формирования перечня приглашенных компаний.

Если приглашения одновременно получат все верифицированные производители, продукция которых потенциально могла соответствовать установленным характеристикам, это одна ситуация. Если приглашение получит только часть потенциальных участников, то важно понимать критерии такого отбора. Ответ на этот вопрос мог бы снять значительную часть нынешней дискуссии.

Прозрачность не должна блокировать рынок

В разговорах об оборонных закупках существует опасный соблазн противопоставить скорость и прозрачность. На самом деле, для современной войны такое противопоставление уже потеряло смысл, поскольку Украине одновременно нужны быстрые решения и конкурентный технологический рынок. Игорь Федирко неоднократно продвигал именно такую ​​логику в контексте цифровизации оборонных закупок. Идея заключается в сокращении пути между потребностью военного подразделения и производителем, устранении лишних уровней согласования и одновременном создании прозрачной среды, в которой производители могут предлагать свои решения.

Именно такая логика лежит в основе развития DOT Chain Defence. Этот принцип следует применять гораздо шире. Прозрачность не должна означать месяцы бюрократических процедур, бесконечные согласования и ситуацию, когда необходимая фронту технология попадает в военные уже после того, как противник нашел против нее эффективное противодействие. Однако скорость тоже не должна означать отказ от понятных правил.

Современные цифровые системы требуются именно для того, чтобы соединить эти вещи. Они должны сокращать процедуру, оставляя одинаковый доступ к информации, понятные критерии участия, фиксацию решений и возможность объяснить логику определения победителя. Другими словами, Украине нужно не максимальное количество процедур. Украине требуется максимальная предсказуемость правил при минимально необходимой бюрократии. Именно поэтому дискуссия по поводу августовской закупки может быть полезна всей системе, если она завершится не взаимными обвинениями, а совершенствованием механизмов работы с рынком. В частности, критерии отбора должны быть ясными и прозрачными.

И этот аспект заслуживает особого внимания. Эксперты указывают на отсутствие определенных квалификационных критериев и одновременно обращают внимание на требование предоставить письмо в произвольной форме относительно возможностей предприятия проводить испытания. По их оценке, объективные критерии оценки такого документа определены недостаточно четко.

Это может показаться технической деталью, однако именно из таких деталей состоит доверие к конкурентной процедуре. Чем точнее участник понимает критерии, по которым его предложение будет оцениваться, тем меньшее пространство остается для различной трактовки одинаковых документов. Это защищает не только производителя, но и самого государственного заказчика, поскольку позволяет объяснить каждое решение через заранее определенные требования.

Особенно это важно для оборонного рынка, где значительная часть информации объективно не может быть публичной. Требования безопасности могут ограничивать объем открытых данных, но они не должны делать непонятными правила для тех компаний, которые допускаются к процедуре. Именно здесь прозрачность следует правильно понимать. Она не означает публикацию всех характеристик вооружение в открытом доступе. Она означает понятные и равные правила для всех участников, имеющих право работать с соответствующей информацией.

Оборонный производитель не может существовать от одного случайного заказа к другому. Ему нужно закупать комплектующие, содержать инженеров, арендовать производственные площади, проводить испытания, создавать запасы критических компонентов и инвестировать в последующие поколения своих изделий.

Для этого компании нужно хотя бы базовое понимание того, по каким правилам государство формирует спрос. Чем предсказуемее система, тем больше производитель готов инвестировать в масштабирование. Чем яснее критерии будущих закупок, тем больше ресурсов компания направляет на развитие продукта и производства. Чем шире конкуренция, тем сильнее давление на цену и технологическое качество.

И напротив, непредсказуемость постепенно изменяет поведение рынка. Производители начинают более осторожно относиться к крупным инвестициям, дольше принимают решения по масштабированию и закладывают дополнительные риски в собственную экономику. Для государства это означает более дорогую продукцию и более медленный рост производственных мощностей. Именно поэтому прозрачные правила закупок не только вопросы добропорядочности. Они - инструмент промышленной политики.

Ситуация вокруг августовской закупки ставит перед обществом множество вопросов. Имеющаяся информация пока не позволяет утверждать о неправомерных договоренностях или действиях заказчика с целью сознательного предоставления преимуществ той или иной компании. Однако отсутствие оснований для таких обвинений не означает отсутствия вопросов.

Напротив, именно спокойный ответ на них мог бы продемонстрировать, что конкурентный механизм действительно работает. Рынку важно понимать методологию формирования характеристик 52 лотов и количество производителей, продукция которых потенциально соответствует каждому классу требований. Не менее важно знать количество компаний, получивших приглашение к участию, и принцип формирования этого списка.

Отдельное объяснение требует краткий срок подготовки предложений, критерии оценки возможностей проведения испытаний и общий механизм определения наилучшего предложения. Ни один из этих вопросов сам по себе не является обвинением. Это нормальные вопросы большой конкурентной закупки на рынке, который уже стал стратегически важным для обороноспособности Украины. Если ответы покажут, что широкий круг производителей имел одинаковый доступ к процедуре и реальную возможность конкурировать, это станет лучшим ответом на сегодняшние сомнения. Если ответы покажут слабые места механизма, то их можно исправить до того, как подобная практика станет системной.

Украинская оборонная промышленность сегодня строится не только заводами, инженерами, технологиями и государственными миллиардами. Она строится также на доверии к правилам, по которым эти миллиарды превращаются в контракты и, наконец, в способности украинского войска. Если изготовитель понимает правила, он может планировать инвестиции. Если правила одинаковы для всех, то возникает настоящая конкуренция. Если конкуренция работает, государство получает лучшую цену, больший выбор и более быстрое технологическое развитие.

Именно поэтому история вокруг 52 августовских лотов - это что-то значительно большее, чем одна закупка оптоволоконных беспилотников. Она касается модели оборонного рынка, которую строит Украина на следующие годы. Нам не нужна бюрократическая прозрачность, которая месяцами держит необходимую фронт технологию между кабинетами. Нам также не нужна быстрота, при которой участники перестают понимать принципы конкуренции.

Нам нужна система, в которой военный максимально быстро получает необходимую технологию, у производителя есть понятные правила доступа к государственному заказу, а государство может обосновать собственные решения без раскрытия информации, опасной для обороны страны. Именно такая система создает мощный рынок оборонки. Именно поэтому прозрачность не должна блокировать скорость, а скорость не должна ограничивать настоящую конкуренцию.

Gazeta.ua