Залог для Микитася: приговор системе или кэшбек от ворованного
Существуют ли в Украине залоги для чиновников-мародеров, которые они не смогут оплатить? И почему украинские суды, самые справедливые в мире, постоянно занижают эти залоги до позорно минимального уровня, несоразмерного с масштабами хищений?
Тридцать миллионов гривен залога для Максима Микитася - это не судебная новость, а диагноз системе. Напомним, САП просила двести миллионов. А самый гуманный суд дал тридцать.
То есть, меньше миллиона долларов за человека, которого следствие называет организатором преступной организации, зарабатывавшим рейдерством в столице. Теперь о том, кому выписали этот ценник. Микитась и нардеп Вадим Столар - неслучайные фамилии в криминальной хронике. Оба годами делили площадку на Осокорках с кипрской структурой, которую OCCRP связали с Тарасом Козаком и Виктором Медведчуком.
...отмытые деньги пошли на залог министру, а теперь залог понадобился тому, кто их отмывал
Это давно описано журналистами и пересказывать нет смысла. По версии САП, эти двое создали преступную организацию, занимались рейдерством и отмыли сто пятьдесят миллионов гривен на залог для эксминистру Галущенко. То есть, отмытые деньги пошли на залог министру, а теперь залог понадобился тому, кто их отмывал.
В НАБУ это назвали кэшбеком из украденных активов. Вопрос здесь звучит очень просто. Как этот кэшбек работает годами и почему его не останавливает ни один институт? Дело не в злой воле конкретной коллегии, а в самом законе. Залог считается так, будто перед судом стоит обычный гражданин, для которого тридцать миллионов - это катастрофа.
Для фигуранта дела (и возможно даже организатора) сумма звучит как строка операционных расходов. Инструмент, который должен был гарантировать справедливость, превратился в эфемерный прейскурант.
...менять нужно три вещи. Считать залог от объема инкриминируемого ущерба и реальных активов подозреваемого
Следовательно, менять нужно три вещи. Считать залог от объема инкриминируемого ущерба и реальных активов подозреваемого. Проверять происхождение внесенных денег, иначе государство легализует украденное своими же руками. И убрать автоматический залог для подозрений в создании преступной организации с участием должностных лиц.
Это не о лично Микитасе. Презумпция невиновности действует и для него, и для Столара. Это о том, существует ли в этой стране цена, которую нельзя просто заплатить.
Комментарии